Друзья вихрем взлетели по лестнице и проскочили ворота; глаза юноши пылали, он жаждал сражения и был уже готов вызвать на бой всех рыцарей Башни — Танис едва успел нагнать и удержать его. Стил гневно вырвал руку, но остановился.

— Карамон, двери!

Силач захлопнул тяжелые створки и огляделся в поисках замка. Несколько мраморных блоков, оставшихся от ремонта, лежало неподалеку, и богатырь, застонав от натуги, приподнял их и подтащил к воротам. Снизу по лестнице уже грохотали шаги; вскоре послышался первый удар, но створки даже не дрогнули.

Однако крики и удары стали громче — рано или поздно могли услышать.

— Надо идти, Стил, — сказал Танис. — Давай сделаем вид, словно ничего не случилось.

Карамон пыхтел, как разгневанный бык, и молча утирал красное лицо; рукава рубашки Полуэльфа свисали клочьями, правая рука оказалась распорота — он не заметил этого в горячке боя. Голова Стила тоже кровоточила, панцирь испещрили свежие царапины и вмятины — видимо, больше никто не примет паладина Такхизис за Рыцаря Соламнии.

Так и вышло — едва они подошли к главным воротам, как за их спинами заревела труба, извещая об опасности. Рыцари у ворот немедленно кинулись закрывать створки и опускать решетки, накручивая цепи на барабаны.

Несколько мгновений — и выход закроется.

— Бежим! — крикнул Танис и добавил, обернувшись к Стилу: — И не вздумай останавливаться для драки!

Стражи, едва взглянув на Стила, схватились за мечи.

Молния ударила в землю у самых ворот.

В небе плеснули огромные синие крылья. Послышались вопли, толпа кинулась врассыпную, мешая стражникам. В мгновение ока образовалась пробка из людских тел, отсекшая преследователей от беглецов. Танис и Карамон бежали позади Стила, мешая рыцарям приблизиться к юноше. Синяя Всполох низко проносилась над землей, увеличивая панику, заставляя крестьян и путников разбегаться в разные стороны. Временами молнии били в землю или стены крепости.

— Сара! — заорал Танис, размахивая руками. Всадница заметила бегущих друзей и немедленно приземлилась рядом. Танис ухватился за протянутую руку и влез в седло, следом Карамон подтолкнул Стила, все еще порывающегося вернуться и вступить в бой, а затем взгромоздился сам.

Всполох взмахнула громадными крыльями и рванулась в небеса. Позади набирали силу крики Соламнийских Рыцарей о святотатстве и осквернении могилы; со стен сорвались первые стрелы. Таниса в данный момент больше волновали серебряные драконы, охранявшие крепость и наверняка уже поднявшиеся в воздух при звуках трубы, но горизонт был чист — или серебряные не желали нарушать перемирие, или их тоже удерживали незримые бессмертные руки. Наверняка они злобно следили за Всполох издали, но все же позволили лететь беспрепятственно. Полуэльф, свесившись, посмотрел вниз — сейчас они уже набрали достаточную высоту, чтобы находиться вне досягаемости для стрел.

— Ну и как, — пробурчал он уныло, — мне потом все объяснить?

Глава одиннадцатая

Меч отца

Танис предложил направиться в предгорья Халькистовых гор, все еще дикие и не заселенные, где можно было спокойно переждать и обдумать ситуацию. Он в нескольких словах объяснил, что произошло в Палатах, предпочтя умолчать о некоторых деталях. Пусть Стил сам решает, что и как нужно говорить. Сара спросила его, но юноша молчал, да и остальным не хотелось нарушать тишину. Стил сидел, погруженный в себя, не отрывая взгляда от бездонного синего неба.

Всадница поняла его состояние, сосредоточилась на полете и вскоре нашла подходящее место — поляну посреди густого леса, пригодную для лагеря.

— Необходимо выспаться, — сказал Танис, — а уж утром решим, что делать.

Сара кивнула, Стил продолжал молчать — фактически он не сказал ни одного слова с тех пор, как покинул Башню Верховного Жреца.