— Это меняет дело, — пробормотал Бобров.

— Причем в корне, — не стал спорить я. — Учитывая данное обстоятельство я намерен предложить вам свою помощь по ликвидации этого упыря. Терпеть не могу, когда какие-то зазнавшиеся уроды пытаются лишить меня жизни.

После моих слов граф расплылся в счастливой улыбке и стал похож на ребенка, которому вдруг дали неограниченный доступ к любимым сладостям.

— Вот за это спасибо, барон, — он протянул мне руку и я ответил ему рукопожатием. — Самое приятное известие за последнюю неделю! С вами мне будет намного легче покончить с этим ублюдком.

— Пока не за что. Давайте в благодарностях будем рассыпаться когда дело сделаем. Тогда и о деньгах поговорим, — сказал я, глядя на радостного Боброва. Судя по его лицу, он готов мне заплатить любую сумму, которую я бы сейчас не назвал. — Вот только у меня к вам одна просьба — затягивать с решением этого вопроса я не хочу.

— Само собой, Владимир, — с готовностью отозвался он. — Вся необходимая информация по этому мерзавцу у меня уже давно есть, так что за этим дело не станет — я готов хоть завтра. Даже план имеется, если что.

— Интересно было бы послушать.

— Ну, в общих чертах, мои мысли на этот счет вот какие...

* * *

Вот уже как пять минут я сидел напротив Крылова, который только и делал, что задумчиво смотрел на меня и поглаживал свою бороду. В кабинете было тихо и доносился лишь шум с улицы, проникавший через приоткрытое окно.

По выражению лица бригадира 1-го класса, который по совместительству являлся еще и моим куратором, было крайне затруднительно предположить какого толка мысли сейчас бродят в его голове. Оставалось надеяться, что прямо сейчас меня на расстрел не отведут.

— Хотите кофе, барон? — наконец спросил он, когда я со скучающим видом начал подсчитывать количество пролетающих за окном ворон.

— Нет, спасибо. Перед визитом в Департамент я выпил несколько чашек подряд, так что чувствую себя весьма бодро.

— Как вам понравились Халифаты? — издалека начал он.

— Если не считать трагического происшествия с Глотовым, то в целом неплохо. Немного жарко, как по мне, но в остальном все в порядке.

— Халиф? — вопросительно посмотрел на меня куратор.

— Не обижал, если вы об этом, — ответил я, не совсем понимая к чему он клонит.

— Когда мы с Вороновым обсуждали его отчет об этой поездке, он сказал, что Захрану не очень повезло с сыном?

— Так и есть, парень вырос исключительным засранцем, — подтвердил я. — Уж не знаю, как так вышло.

— Кстати говоря, вы с Вороновым очень понравились халифу. Он вас горячо хвалил.

— Отрадно это слышать.

— Ну а на ваш счет лично, барон, не жалел комплиментов Воронов. Говорил, что без вас задание было бы не выполнено. Прямо какое-то дежавю меня посетило, — усмехнулся в бороду Крылов. — Когда-то Михеев вам пел дифирамбы, теперь вот, Илья Романович туда же...

В этот момент я скромно опустил голову и внимательно изучал узор на ковре. Конечно, приятно, когда тебя хвалят, но я не думал, что Воронов отдаст мне в отчете главную роль.

— Доигрался ты, Владимир Михайлович, со своими фортелями в Порталах, — я удивленно посмотрел на бригадира, который вдруг нахмурился. — Что смотришь? Есть распоряжение на твой счет... Мы переводим тебя в ведение Департамента Великого Московского княжества.

Вот это новости! В голове промелькнуло сразу несколько мыслей — Хват... Таганцева... Была и одна, которая напрямую касалась Салтыковой. Нет, прямо сейчас перевод был очень некстати. Во-первых, у меня здесь еще есть незаконченные дела; во-вторых, нужно как-то финансов подсобрать.