Во дворе соседнего дома загорелся свет, скрипнула дверь, и на лужайке появился темный силуэт человека.
— Черт побери, — тихо выругался Химера, — только этого еще недоставало. Вот сукин сын! — Он не собирался уезжать отсюда, не убедившись, что работа выполнена, но обстоятельства складывались не в его пользу.
Позади взвизгнули шины. Он повернулся и увидел, что на улицу с бешеной скоростью вырвалась какая-то машина и помчалась к нему, ярко сверкая передними фарами.
— А это еще что такое? — вырвалось у Химеры.
Неужели она успела вызвать полицию? Или позвонили встревоженные стрельбой соседи? Все пропало. Он не мог рисковать собой из-за какой-то толстой бабы. Если его задержат, то главная цель так и не будет достигнута.
А машина тем временем подлетела к дому Клэр Уошберн и, скрипнув тормозами, резко остановилась. Химера раздосадованно ударил рукой по рулю, спрятал винтовку под сиденье и уехал прочь. Это был его первый прокол за последнее время. Никогда еще он не покидал место действия, не удостоверившись в выполнении своей миссии. Его первая ошибка...
«Тебе повезло, Клэр, — усмехнулся он. — Но я все равно достану тебя. Это вопрос времени».
— Ничего, Линдси, все будет в порядке, — бормотал он. — Клэр сейчас в больнице, ей оказывают срочную помощь.
Я быстро натянула свитер и джинсы, выскочила во двор, завела машину, прикрепила проблесковый маячок и, врубив сирену, помчалась в Берлингем. Путь, который обычно отнимал не меньше сорока минут, я преодолела за двадцать. Клэр сидела в приемном покое в том же платье, в каком я видела ее три часа назад. Она уставилась куда-то вдаль и не выражала никаких эмоций. А врач накладывал бинты на ее израненную шею. Рядом с ней переминался с ноги на ногу Эдмунд и замер в ожидании Уилли.
— Клэр, — с трудом выдавила я, взяв ее за руку. — Что случилось?
— К счастью, ничего страшного, — ответила она и слабо улыбнулась. — Могло быть и хуже. Я всегда говорила тебе, что рано или поздно кто-нибудь из этих ублюдков попытается подстрелить меня. Но ты же знаешь, что в мою тушу легко попасть, но очень трудно добраться до жизненно важных органов.
Я сочувственно обняла подругу и прижалась к ней.
— Ты понимаешь, как тебе повезло?
— Еще бы, — вздохнула она. — Кому как не мне знать об этом?
Доктор сообщил, что пуля лишь задела шею, сорвала клочок кожи, не повредив сонную артерию и другие важные органы. Закончив перевязку, он еще раз осмотрел Клэр и разрешил ей вернуться домой.
Клэр протянула руки мужу и сыну и радостно произнесла:
— Мои мужчины вели себя превосходно, особенно младший. А Эдмунд прилетел так быстро, что спугнул убийцу.
Тот скорчил недовольную гримасу.
— Мне нужно было преследовать этого подонка и догнать его. Не знаю, что бы я с ним сделал, если бы...
— Успокойся, — улыбнулась Клэр, — ты сейчас похож на разъяренного тигра. Не отнимай хлеб у Линдси, это ее работа. А ты всего-навсего барабанщик в оркестре. — Она обняла мужа и промолвила: — Ты привык иметь дело с Рахманиновым, а не с вооруженным преступником.
Только сейчас Эдмунд осознал, что на самом деле произошло. От его бравады не осталось и следа. Он еще крепче прижал к себе жену и надолго умолк, пытаясь переварить последние события.
После этого мы встретились с полицейскими, дали показания, а затем отправились домой к Клэр. Некоторое время мы прогуливались на лужайке и обсуждали случившееся.
— Это был он, правда, Клэр? — спросила я, надеясь получить более подробную информацию.
— Да, и он не скрывал этого, — подтвердила она. |