-Я?- улыбка Монаховой получилась кривой. - В моей душе ничего не осталось. Я еще холоднее, чем она.

- Это неправда. - Уверенно качнула головой Лиза. - Пойдем. Завтра тяжелый день.

- Спасибо.- Мягко и от всего сердца поблагодарила подругу Кристина. - За все. За то, что приехала со мной, за помощь в подготовке к похоронам. Я бы ничего не успела. Ты всегда рядом. Чтобы я без тебя делала?

- Минуту назад ты говорила, что совсем одна. - С улыбкой напомнила Лиза.

- Это другое одиночество. - Попыталась оправдаться Кристина, но слова застряли в горле. Лиз не могла заменить ее мать, не могла заполнить мучительного одиночества отверженной растоптанной души.

- Я понимаю. Не нужно ничего объяснять. Пойдем. - Нежно повторила Лиза, протягивая руку. - Завтра рано вставать. Давай дадим им побыть вдвоем.

- Они были счастливы и умерли в один день. - Пробормотала Кристина, принимая руку подруги. - Я была бы рада, если бы это было так.

- Счастье никогда не бывает абсолютным. Ты однажды это поймешь.

- Я никогда не буду счастлива. - Печально качнула головой Кристина.

- Будешь. - Пообещала Лиза, обнимая ее за плечи и уводя за собой. Кристина уткнулась щекой в шею Озеровой. У нее не было сил протестовать против ее слов. На последней ступеньке лестницы, девушка обернулась и взглянула на темные ящики.

- Спокойной ночи. - Прошептала она. Душа ее разрывалась на части. Если бы она могла вернуть время вспять, то успела бы сказать, как сильно любила их обоих. И не винила их ни в чем. Никогда.

Откинувшись на спинку дивана, Майкл Рис крутил в руке бокал с разбавленным виски, безучастно рассматривая его содержимое. Лицо его хранило мрачное бесстрастное выражение, поза была расслабленной, и только напряженные руки выдавали внутреннюю борьбу. Сюзанна, его тетя, расположившись в кресле напротив, наблюдала за ним немигающим взглядом, пытаясь рассмотреть хоть что-то за ледяной маской племянника. Если смерть отца и ранила его, то он тщательно скрывал это. Иногда Сюзанне казалось, что она хорошо знает племянника, понимает его, но порой он ставил ее в тупик. Вот и сейчас она не знала, как начать разговор, и что сказать. Ее пугала его возможная реакция. Он был нужен ей, нужна была его благосклонность. Без него она не получит ничего. Это зависимость удручала ее, но не уменьшала привязанности к племяннику. Сюзанна никогда не любила брата, считая его слишком слабым и наивным для мужчины, хоть и, несомненно, удачливым, но Майкл вызывал в ней сложные чувства. Он был ей близок, словно отражение в зеркале, словно часть ее души, которая перетекла в него при рождении. Она помнила его ребенком, своевольным, дерзким, избалованным. Его дикие выходки вызывали у нее восторг. Не было в Майкле ничего, что напоминало бы Джона. Только черные волосы, и крепкое мускулистое тело.

- Тебе нужно было поехать со мной. - Начала Сюзанна, глядя на него поверх своего бокала. Майкл не удостоил ее взглядом. Крепко сжатые челюсти выдавали упрямство.

- Только ты смог бы поставить ее на место. - Продолжила женщина, пристально наблюдая за его лицом. - Майкл, она говорила со мной, словно я пустое место. Она ведет себя в доме твоего отца, словно хозяйка. Ты же не позволишь ей остаться там до оглашения завещания? - мягко, но осторожно спросила она.

- Почему нет? - пожав плечами, небрежно бросил Майкл, сделав большой глоток виски.

- Но это твой дом! - возмущенно воскликнула Сюзанна, недоуменно глядя на него.

- Жена моего отца была ее матерью. У нее такое же право быть в этом доме, как и у меня. - Напомнил Майкл, взглянув, наконец, на тетю.