Из динамиков станции время от времени поступали короткие доклады и сообщения.

– Вторая группа на месте! Рассредоточились. Помех нет.

– Здесь третий. У нас всё спокойно. Объекты затихли на чердаке, сидят как мыши.

– Здесь восьмой. Из автомобиля вышел Паровоз, двигается ко второму подъезду. На месте остался только Бурый. Сел за руль. Завёл двигатель.

Мужчина, наблюдавший за машинами, тотчас же, не оборачиваясь, отдал распоряжение:

– Капитан, всем объявляй высшую степень готовности!

В эфир близкой связи и в микрофоны для персоналок понеслись команды. Мужчина в гражданском костюме, опустив бинокль, нервно передёрнул плечами и поинтересовался:

– Полковник, вы уверены, что всё получится?

– И вам советую не сомневаться, Сергей Сергеевич! – твёрдо ответил тот.

– Если с академика хоть один волосок упадет – за ним и наши головы полетят.

– Не надо так сгущать краски и нас запугивать, – скривился полковник. – Тем более что у нас всё под полным контролем. Бандиты этого Лавсана и в подмётки не годятся нашим ребятам. Да и внутри квартиры нападающих ждёт горячая встреча. Все охранники из агентства вооружены до зубов.

– Их хоть предупредили?

– Естественно, – руководитель спецоперации отвечал уверенно, но взгляд отвёл, словно заинтересовавшись чем то во дворе. Из за этого Сергей Сергеевич продолжал дёргаться, потел и размахивал руками.

– А почему нельзя ударить по бандитам сразу? Так сказать, нанести по ним превентивный удар?

– Потому и нельзя, что мы обязаны действовать в рамках законности. Но как только последует взрыв, мы никого щадить не станем, всех повяжем. Даже этого Бурого, который старается остаться в стороне. Ушлая тварь!..

– Но вдруг академик попадёт под шальную пулю?

– Да полно вам, Сергей Сергеевич! – не стал скрывать досаду полковник. – Ещё сглазите!.. Ваше дело – научная консультация. Всё остальное – наша забота. И не забывайте, что вашего гениального учёного Лавсан тоже приказал брать без единой царапинки. В противном случае он своим отморозкам сам головы оторвёт.

Его собеседник согласно кивнул, но озабоченность из тона не исчезла.

– А как вам такой факт, что к телефону академик уже трое суток не подходит? Даже на звонок своего лучшего друга не отозвался. А ведь раньше такого никогда не было… Странно, не находите?

– Нет! – излишне резко ответил представитель силовых структур. И тут же постарался смягчить тон: – Просто представьте себя на месте учёного. Захочется вам в возрасте за девяносто, с кучей болячек и в прескверном настроении, общаться с таким же старым маразматиком? Тем более что тот только и жалуется на свои хвори. При этом учитывая, что даже поспать времени нет. А? Каково?

– Ну да, ничего приятного… Одержимый работой человек на такие разговоры отвлекаться не захочет.

– И напоследок… – полковник оглянулся на капитана, обложенного телефонными трубками, и понизил голос до шёпота: – Важность работ, их направление и существующие достижения мне известны. Поэтому неуместно будет вам напоминать, насколько я сам заинтересован в успехе операции. Всё это под контролем у самого…

– Тогда тем более надо действовать по другому! Неужели давно нельзя было спрятать академика, создавая для него самые оптимальные условия при полной безопасности?

Полковник скривился и с досадой цыкнул языком.

– А вот не захотел старикан, и всё тут. Упёрся рогом, и ни в какую. Зато сейчас, после чёткого проявления намерений со стороны Лавсана и прочих враждебных сил, академик будет вынужден согласиться принять нашу помощь.