– Сообщите ваши приблизительные координаты.

– Мы в девяти километрах к западу от Кронштадта.

– Водолазы готовы?

– Младший лейтенант Назимов и польский юноша находятся на глубине девяносто метров и ждут биоэнергетических сигналов.

– Охренеть можно! – воскликнул капитан Ульянов.

Данилов резко хлопнул в ладоши.

– Пожалуйста, воздержитесь от посторонних замечаний и настройтесь на самый миролюбивый лад!

Капитан Гуслин хмыкнул.

– Внимание, «Пигалица», приготовиться к приему. – Данилов отставил микрофон с алой обмоткой.

– Сплошные сюрпризы, доктор Данилов, – пробормотал адмирал.

– Эксперименты до сих пор проводились с успехом, – напряженным голосом отозвался ученый. – На что мы надеемся и впредь… при надлежащих условиях. – Он зыркнул на адъютантов и ГРУшника.

Колинский погрозил троице кулаком.

– Эй, вы, минетчики, чтоб я вас больше не слышал!

Ученый шумно выдохнул и пустился в объяснения:

– Девочку Тамару мы называем индуктором. Она – самый талантливый телепатический передатчик из всех, какие мы знаем. А реципиент, или приемник, семнадцатилетний поляк по имени Ежи Гаврыс, еще один одаренный биоэнергетик. На нем водолазный скафандр. Из аппаратуры у него только ручка и специальная дощечка для подводных записей. Его спутник, младший лейтенант Назимов, будет предъявлять сделанные им записи считывающему устройству. А радист на судне переправит данные нам для передачи по комнатному громкоговорителю.

– Понятно, – сказал Колинский. – А что за данные?

Данилов гордо вскинул голову.

– По вашему выбору.

Адъютанты вновь не сдержали удивленных возгласов.

– Для начала я рекомендую выбирать простые формы – звезды, круги, квадраты. Потом рисунки, потом несколько слов. Вот бумага и ручка. Изобразив что-либо на листке, покажите его Тамаре, и она передаст послание.

Колинский поджал губы и склонился над листком. Он нарисовал пятиконечную звезду, поднял лист и улыбнулся Тамаре.

Девочка пристально вгляделась в рисунок.

– Звезда, – поступил сигнал с «Пигалицы».

Адмирал нарисовал стрелу.

– Стрела, – передал далекий радист.

Адмирал довольно неуклюже изобразил кошку.

– Корова, – доложили из репродуктора.

Все в зале засмеялись. Колинский пожал плечами и нарисовал круг с отходящими от него лучами.

– Солнце.

Адмирал весело помахал Тамаре. Она улыбнулась и помахала в ответ. Он написал семь букв кириллицы – слово фамильярного русского приветствия и поднял листок. Девочка некоторое время сосредоточенно смотрела на лист.

Диктор откашлялся и проговорил из репродуктора:

– Мы получили от младшего лейтенанта Назимова буквы: «з», «д», «о», «р», «о», неразборчиво, «о».

Данилов взял красный микрофон.

– Внимание, «Пигалица»! – И повернулся к Колинскому. – Не забывайте, наш реципиент – поляк. Ему трудно читать послания, написанные нашим шрифтом. Прошу вас, старайтесь выбирать простые слова. – Он настроил далекое судно на прием следующего сигнала.

Колинский вывел печатными буквами: «Тамара шлет привет». Слова буква за буквой вернулись к нему из репродуктора.

Адмирал, сияя, повернулся к ученым.

– Разрешите вас поздравить, доктор Данилов, доктор Любезная. Блестящие сдвиги!

Надо же, Андропов-то оказался прав.