Она взглянула на него.

– Мы можем просто сфокусироваться на поиске этих людей?

– К черту этих людей. Нам нужно просто быстро выбраться отсюда!

– Майлз, мы говорили об этом тысячу раз…

– Я не хочу принимать участие в этом всем, – пробурчал он. – Поехавшие проповедники ведут святые войны и устраивают апокалипсис – к черту! Это не имеет ко мне никакого отношения. И к тебе тоже! То, что планирует этот ублюдок по поводу этих игрушек и прочего дерьма, – не просто сумасшествие, это самое настоящее зло! Лучше мы найдем остров, забабахаем по косячку и будем под кайфом до конца наших дней в этом мире.

– Я думала, что ты христианин! – Она устремила пренебрежительный взгляд на своего суррогатного сына. – Мы не можем просто закрыть на это глаза, Майлз.

– Как мы, черт побери, найдем этих людей, а?

– Мы найдем, не волнуйся. – Она указала пальцем на мятую карту в руке. – Едем по этой дороге, пока не доберемся до Двадцать девятой, а затем поедем на юг. Они должны быть где-то недалеко от Вудбери.

– Они в каком-то чертовом тоннеле, зайка, они под землей, помнишь? Как ты, черт побери, собираешься искать их в гребаном тоннеле?! Ты что, убить нас хочешь?

– Мы найдем их. Они же должны выходить подышать воздухом хоть когда-то.

– Я даже не знаю, хватит ли бензина, чтобы добраться туда.

– Я думала, что – по твоим словам – в багажнике есть канистры, и этого достаточно, чтобы добраться до побережья и обратно два раза подряд. Ты мне соврал, мой мальчик?

– Я не планировал ехать в Чаттахучи с этим ублюдком.

Норма устало выдохнула и сложила маленькие пухлые руки на груди. Она носила ветхий кардиган поверх церковного платья, и все равно дрожала от прохлады вечера. Уже смеркалось. Небо окрасилось в сине-фиолетовый цвет, а низкие облака плавно вышли из-за горизонта серыми монолитными фигурами.

– Боже милостивый! Что за мир… – проворчала она.

Майлз потряс головой.

– Предположим, что мы нашли этих людей. Что ты им, черт возьми, скажешь?

Она глянула вниз.

– Я расскажу им все.

– А что, если этот народ такой же поехавший, как и тот проповедник? Только подумай об этом! Что, если эти люди – такое же зло, как Гарлиц?

Норма снова посмотрела через стекло пассажирской двери: все, что они проезжали, теперь было окрашено в красный благодаря кровавой «тонировке» стекла.

– И да поможет нам всем Бог.

За последний час они заметили, что число мертвецов в этом районе увеличилось, некоторых из них они убили вручную. Один вышел из кювета и бросился на них с устрашающей скоростью. У Лилли в последний момент получилось снести ему голову ржавым мачете. Несколько минут спустя другой удивил их, когда они взбирались на брошенный зерноподъемник: ходячий вывалился из заплесневелой кладовки. Парень отреагировал, направив лом прямо ему в левое ухо.

Теперь Лилли волновало то, что они могут случайно привлечь внимание стада. На ее «ругере» имелся глушитель, но не хотелось тратить и так незначительный запас патронов. Она хотела бы остаться внутри здания, ну, или хотя бы под крышей, ибо до наступления ночи, судя по небу, оставалось совсем немного. Шум сверчков уже давно окружил их, а воздух стал выразительно промозглым, как это обычно бывает в поле на закате. Самая худшая часть происходящего, как бы там ни было, это запах смерти, доносимый ветром. Лилли могла распознать едкий, гнойный, тошнотворный смрад, исходящий от стада, за милю. Только от группы этих тварей могло так вонять, и эта вонь заставила спину Лилли надолго покрыться «гусиной кожей».