— Это часть моей работы. Ты мог бы тоже сменить работу, отец.

— Но у меня не было модного образования, как у тебя.

— Я сам поступил в колледж, папа. И ты мог бы вернуться в университет. Посмотри правде в глаза, отец. У тебя была куча возможностей, но ты ими не воспользовался по неизвестным мне причинам. Ты и сейчас еще не совсем стар. Тебе и пятидесяти нет. Почему ты ничего не хочешь изменить в своей жизни?

— Я не знаю ничего, кроме работы на мельнице.

— Но ведь десять лет назад, когда я уехал из дома, ты был еще моложе. И мог бы выучиться, попробовать пойти на другую работу. Почему ты этого не сделал? Тебе бы не пришлось тогда всю жизнь работать на мельнице.

— Слишком поздно говорить об этом. Я слишком стар, чтобы меняться.

Доминик встал и подошел к окну. Он впервые честно говорил отцу о том, что думает.

— Знаешь, ты всю жизнь только и делаешь, что жалуешься. Неужели так плохо быть отцом?

— Отцовство привязывает мужчину. Не оставляет ему выбора.

— Я больше не куплюсь на это. Раньше я верил твоим словам, но сейчас, глядя на другие семьи, я понял, что каждый сам делает выбор, каким отцом ему быть. И как жить.

— Так попробуй — и посмотрим, как ты заговоришь. У тебя ведь нет детей.

— Но скоро будут. Анна-Лиза беременна. Поэтому я приехал к тебе — чтобы сказать, что скоро ты станешь дедушкой.

Стив моргнул. Улыбка появилась на его лице.

— Теперь ты узнаешь, что я имею в виду. Ты будешь не спать ночами и бегать к врачу каждый раз, когда ребенок заорет. Твоя жена будет слишком уставать, чтобы заниматься еще и тобой. И твои командировки прекратятся.

— А ты и рад, да?

— О, я не желаю тебе такой участи. Но приезжай ко мне, когда твой парень пойдет в школу. Ему будет нужна обувь, одежда и еще куча всего. Дети быстро растут. И им надо все больше и больше. Сам увидишь. Вот тогда приезжай и скажи, если я не прав.

— Ты станешь дедушкой, отец, но ведь молодым дедушкой. Почему бы тебе не подумать о своем будущем? Не поставить себе цель? Может, ты попробуешь найти работу в Нью-Йорке, как всегда хотел.

Стив потер подбородок и отвернулся.

— Что?

— Я пытался однажды. Меня не взяли.

— Иногда нужно попытаться не один раз.

— Теперь уже поздно.

— Попробуй что-нибудь другое. Ты говорил, что хочешь работать в театре. Театры ведь разные бывают. Черт, да даже в школьных постановках кто-то работает за сценой.

Стив посмотрел на сына.

— У тебя будет ребенок, значит, теперь ты стал умным?

Доминик рассмеялся.

— Я всегда был таким, пап. Пора признать это.

— Но ты не был таким умным, когда женился на той девчонке, Филис.

— Ты прав. Тогда я поступил глупо. — Доминик посерьезнел. — Я хочу увидеться с ней до отъезда. Ты знаешь, где она живет?

Ему предстояло еще многое уладить, но впервые в жизни он поверил, что отцовство не отнимет у него радостей жизни. Брак — это ведь не только радости и развлечения. Будут и проблемы. Но их нужно решать вместе. Вместе. В горе и в радости. Доминик подзабыл это. И вел себя как дурак. Теперь выбор за ним. Оставаться женатым или закончить свои дни в одиночестве — как его отец. Если Доминик действительно умен, то выбор очевиден.

В субботу днем Доминик подъехал к небольшому уютному домику и припарковался. Он глубоко вздохнул и вышел из машины. Сделать это трудно, но необходимо. Мужчина постучал в дверь.