— Почему? — резко обернувшись, спросила я, прекрасно зная, что он поймет, что имеется в виду.

— Мы — не родственники, Дезире. — сухо ответил он. На душе полегчало. Померещиться же!

— Мне так не нравится. Джентльмены предпочитают блондинок. — разглядывая меня, сказал Блейк.

— Только не ты. — насмешливо бросила я. — Ты у нас по части пробирок.

Он ничего не ответил, призрачно усмехнувшись. Это что еще за новости?

— Или у тебя есть подружка? Блейк, признавайся! Может, это хорошенькая русская девушка Таня Смирнова. — возвращая глазам, привычный цвет, поинтересовалась я. Волосы, пожалуй оставлю… назло. Голубоглазая брюнетка! Класс!

— Таня Смирнова — ученый, а не хорошенькая русская девушка. — холодно отозвался Адам. Я уныло вздохнула.

— Какой ты скучный. Никакой интриги. Цифры, формулы, программы, блуждания между параллельными измерениями. Фи! — презрительно скривила губы.

— Дез, не шути с этим. Ты не понимаешь, насколько серьезно, что над, чем я работаю.

Я подумала о сверхчеловеках, которых должна произвести. Шутить расхотелось.

— Ты так много рассказываешь мне о строении Вселенной, но я так и не знаю, чем не угодила та иллюзорная реальность, в которой родилась я. Конечно, подозрения, что мы не одни во вселенной и есть миры, которые недоступны глазу человека, всегда крутились в моей голове, но я и подумать не могла, что способна воочию увидеть то, что вижу сейчас. Что же не так, Адам?

— Твоя иллюзорная реальность порабощена сущностями из промежуточного спектра. Они питаются вашей энергией, энергией страха, заставляя забыть, кем вы являетесь на самом деле. У них в руках ключи от дверей в Истинное Сознание, но они никогда не откроют их, держа человечество в кандалах лжи и обмана, поставив на пьедестал одного единственного Бога, которого они называют разными именами. Опять же, для того, чтобы поддерживать контроль, сеять войны, религиозные распри, от коих потом "спасают", заставляя вместе со страхом испытывать покорность. Их истинная религия — поклонение богатству и греху. Они примитивные особи, возомнившие себя вершителями судеб. — сообщил Блейк. Я изумленно смотрела на него. Не шутит парень.

— Значит, цель носит благородный характер. Все-таки спасаем мир?

— Да. — кивнул он, глядя мне глаза. Он неожиданно протянул руку, прохладные пальцы коснулись моей шеи, и я мгновенно напряглась, но прикосновение не носило интимный характер. Он прощупывал мой пульс, как тогда, в гостиной его квартиры. Когда мир еще не сошел с ума окончательно и бесповоротно. На меня накатила волна горечи и обиды.

— Ты столько лет лгал мне. — прошептала я. Пальцы дрогнули на моей коже, и он убрал руку, не отводя своего сканирующего взгляда. — Я жила в страхе, что могла что-то натворить в промежутки времени, которых не помнила. Ты врывался в мое сознание, брал его в плен и увозил сюда, а потом надевал маску строгого начальника и просил принести кофе. И ни разу не выдал себя. Ты не лучше тех, против кого собрался бороться.

— Цель оправдывает средства, Дезире. — ответил Блейк.

— Мне от этого не легче. Какой бы благородной не была цель я не готова жертвовать собой. Я не хочу рожать детей от бессердечного существа, не способного на нормальные человеческие эмоции.

— Об эмоциях мы поговорим завтра, Дез. Ты еще не до конца осознала, как велико твое предназначение.

— Я устала слушать твои туманные рассуждения о великом предназначении.