– Я переброшу вас через колено и высеку, если вы не начнете соображать, что для вас хорошо, а что плохо!

– Держу пари, что вам меня не достать! – Она ударила его в голень и ускользнула от захвата, держась для безопасности поближе к двери.

Он взревел, попытался еще раз схватить ее. Она подтолкнула его под локоть, поднырнула и устремилась к двери, продолжая выкрикивать:

– Держу пари, что вам меня не достать!

Он погнался за ней – быстрее гончей, бегущей за опоссумом. Краснокожий Джо отскочил в сторону, когда они вылетали из дверей на улицу. Саманта опережала своего преследователя на полтора десятка футов. Женская одежда для бега не приспособлена, а в мужской она прямо-таки неслась вперед огромными прыжками, выслушивая при этом едкие остроты насчет ее наряда, которыми Слоан еще успевал услаждать ее слух, пока они метались между палатками, тентами и остатками каравана, фургон за фургоном добравшегося сюда с заваленного снегом перевала.

Мужчины разбегались в разные стороны, когда соперники летели по замерзшей площади вниз, к деревянному портику асиенды, вокруг фургона и назад, к кузнице. Раскрасневшаяся от ветра Саманта, заливисто смеясь, отпускала колкости через плечо. Слоан тоже покраснел, но от досады, свежего ли воздуха или от ярости – сказать трудно. Каждый раз, когда он уже готов был схватить девушку, она куда-нибудь ныряла и, как только он поворачивал ей вслед, тут же меняла направление. В конце концов Краснокожий Джо поставил точку в этом безумии, просто-напросто вытянув ногу в тот момент, когда Слоан пробегал мимо. Толботт споткнулся, перевернулся через голову и шлепнулся в покрытую снегом уличную грязь. Бессвязно ругаясь, он попытался резко встать, но, прежде чем ему удалось немного приподняться и кого-нибудь прихлопнуть, Джо надавил ему сапогом на шею и прижал его к земле.

– Думаю, ты убьешь себя, если будешь продолжать в том же духе, – рассудительно произнес он, когда Слоан перестал сопротивляться.

Обнаружив, что ее неожиданно лишили соперника, Саманта развернулась и закричала, протестуя:

– Эй, это нечестно! Я выигрывала финал без вашей помощи. – Она степенно приблизилась к ним и сбросила сапог Джо.

– Не бывает выигрышей в состязаниях, где нет начала и нет конца, – ответил Джо строго. – Если вы собирались убить друг друга, надо было делать это по крайней мере по правилам.

– Я не собирался убивать ее. Я собирался засунуть ее в женское платье и завязать, чтобы не выскочила, покуда не выучится вести себя как женщина! – прорычал Слоан, поднимаясь.

– Вам не нравятся мои замечательные брючки? – съязвила Саманта, выставляя на обозрение свои джинсы. – Они по крайней мере чище ваших. К вашим и дикий кот не прикоснется.

– Значит, у дикого кота больше мозгов, чем у вас, – заметил Джо с отвращением. Он повернулся к мрачному Слоану: – Хотите соревноваться – делайте это как следует и честно. Вон сухая сосна. Кто добежит первым – выиграл. – Он вытащил из кобуры кольт и поднял его вверх.

– Погоди, погоди, – остановил его Слоан, видя, что упрямица еще не перевела дух – как и он сам, впрочем. Толботт готов был поклясться, что под этой ее легкой одеждой – кружевная нижняя рубашка. Каждая складка полотна, каждый защип говорили об этом. Пожалуй, он ей отомстит поинтереснее. – Я никуда не побегу, пока не будет установлен приз. Если я не мог ее высечь, значит, должна быть другая награда. Саманта рассмеялась:

– Если выиграю я, вы наденете женское платье!

К этому моменту собралась небольшая толпа. Мужчины одобрительно загудели, обсуждая ее находчивый ответ и условия пари. Деньги быстро переходили из рук в руки.