— Зачем?

— Отличный вопрос.

— И что теперь? Это многое меняет.

Нарек с отсутствующим видом посмотрел в сторону.

— Возможно…

Ему надо было посоветоваться с Элиасом.

Нарек активировал варп-склянку. Мерзкий серный запах распространился в воздухе и проник через респиратор, сигнализируя о быстро достигнутом единении. Еще один признак ослабления завесы — улучшенные варп-склянки стали надежнее вокс-коммуникаторов.

— Он у вас? — спросил Элиас.

Изображение темного апостола складывалось из фиолетового зернистого света, выплывавшего из горлышка склянки, словно пар. Нарек знал, что на другом конце единения он представал перед Элиасом в таком же виде.

— Нет. Кто-то схватил его раньше.

— Кто-то?

Элиас все еще находился в месте проведения ритуала. Фоном слышалось хныканье людей-приношений, ждущих своей участи. Элиас обескровит весь город, если потребуется. Включая культы.

— Да.

— А Харук?

— Мертв. Я сижу над его недавно расстрелянным телом.

— Мне следует беспокоиться, Нарек?

— Рано говорить.

— Что это значит?

— Это значит, что кто-то проследовал за нами на Траорис и шел по пятам до самого Раноса, — ровным голосом ответил Нарек.

— Кто проследовал?

— У меня есть предположение. Утверждать с уверенностью еще не могу.

— Я отправляю подкрепление.

— Нет необходимости.

— Они все равно прибудут.

— Я хочу сначала выяснить, с чем именно мы имеем дело. Мы с Дагоном будем двигаться быстрее в одиночку.

— Сомневаюсь, что Харук бы с этим согласился.

— Харук мертв. Он уже ни с чем соглашаться не будет.

— Нарек, шутки тебе не идут. Оставайся здесь. Жди других.

Элиас прервал связь, вновь бросив охотника одного.

— Так что, будем ждать? — спросил Дагон.

— Нет, — ответил Нарек и встал. — Обыщи весь склад. Ничего не упускай. Я хочу знать все, что он может дать, до последней детали. Мы в Раносе не одни, Дагон. Наши бывшие братья по оружию тоже здесь.

Дагон фыркнул:

— И что им надо?

— Ну как же. Будь мы на их месте, что бы мы делали? Они жаждут возмездия. Они хотят нас убить.

Голова Себатона раскалывалась так, словно он выпил слишком много своды и заработал на редкость суровое похмелье. Он сидел на стуле, ссутулившись и опустив голову, ничем не связанный. Достаточно было поморщиться, не трогая руками голову, чтобы почувствовать сбоку кровоподтек — там, где что-то его сильно ударило. Нет, не что-то, а кто-то.

Столкновение на складе всплыло в памяти во всем своем опасном величии.

Он должен был быть мертв или сидеть с ритуальным ножом у горла. Но оказался здесь, только не знал, где это «здесь» находится. Себатон притворился, что еще не пришел в сознание, и прислушался, пытаясь определить, насколько серьезны его проблемы. Вокруг скрежетали машины. Сначала он решил, что его принесли в мануфакторум, но если он оставался в Раносе, такой вариант был маловероятен, поскольку город, как Себатон имел возможность заметить, практически полностью вымер. Низкое гудение, слышное за грохотом машин, напомнило о генераторах, придав веса его теории о том, к какой категории принадлежали захватчики, пусть и не объяснив, кем именно они были.

Себатон собрался с мыслями.