- Да, да, конечно, - залепетал доктор, - Аринтон Сит, командир карательного спецподразделения под личным началом ныне покойного командующего космическим ударным флотом Косиопея Зинтариса. Теперь понятно откуда такая невероятная воля.

- Не связывайте имя этой мрази, - судья кинула презрительный взгляд на заключённого, - с именем великого героя войны!

- Ох, я заговорился, простите, - искренне расстроился прозектор.

- Если бы это животное выполняло поставленные приказы не задействуя свои садистские наклонности, то не оказалось бы в этом кресле. Всё это утомляет, выдерните уже из него все эти трубки, я зачитаю этому овощу приговор, после чего его, наконец, можно будет выкинуть в открытый космос.

Здесь по позвоночнику Силанции пробежала холодная дрожь, женщина резко повернулась и встретилась глазами с яростным, наполненным насмешливым презрением взглядом заключённого.

«Конвой в помещение! Поле блокировки пси воздействия на максимум!» - не растерялась судья и телепатически вызвала конвоиров, что находились в соседнем помещении. Тут же двери распахнулись и во внутрь ворвались весьма серьёзные ребята в защитных псевдохитиновых экзоскелетах, что молниеносно направили на заключённого стволы аннигиляторов.

- Ха, - презрительно хмыкнул пришедший в себя Аринтон и обвёл присутствующих изнурёнными, но уже наливающимися блеском глазами. - Знаете в чём разница между мной и Косиопеем?.. Он убил шесть миллиардов человек, а я всего пару тысяч. Пару тысяч... Маловато чтобы стать героем, не находите? - как-то грустно скривился прикованный к креслу-кровати.

Но судья, казалось, пропустила эту тираду мимо ушей. С ледяным спокойствием она обратилось к заключённому:

- Я вижу Аринтон вы порадовали нас ясным рассудком, это хорошо. Вы избавили меня от пятна на репутации, в виде заключённого которому я не смогла произнести смертный приговор в глаза.

- Оставьте этот фарс судья, я не намерен в нём участвовать, - утыканный трубками и явно полуживой человек, попытался изобразить на своём лице презрение, но на это у него не хватило сил. Ненавистью и обидой пылали лишь его глаза. - Участвовать... - как-то потерянно пробормотал он. - Сколько я пробыл там? - задал заключённый немного не ясный вопрос.

- Двести семьдесят лет, - спокойно ответила Силанция.

- Вывели на тридцать лет раньше, да вы сама доброта... - устало протянул Аринтон.

- Аринтон Сит, вы обвиняетесь в неподчинении приказам, самоуправстве, убийстве мирных граждан, уничтожении трофейного имущества... - казалось ничто, и никто не могло остановить или прервать судью, но, тем не менее, она замолчала. Подсудимый спокойно взглянул на неё и этот вроде бы обычный взгляд заставил женщину замолкнуть.

- Не было никаких мирных граждан Судья, был только враг. Такие как я марали руки в крови, чтобы такие как вы смогли жить дальше, - твёрдо произнёс заключённый и бросил усталый взгляд на присутствующих. На лицо Аринтона отразилась волевое напряжение, а после он как-то недосказано уронил голову на подбородок. В помещении возникла гнетущая тишина.

- Он мёртв, душа покинула тело, - весьма буднично произнёс прозектор, не отрывавшийся всё это время от информационных панелей. - Какие ценные данные...

Судья смерила его испепеляющим взглядом, от которого доктор захотел провалиться сквозь пол.

- Покиньте помещение, мне необходимо завершить регламент, - строго обратилась Силанция к Капитану приставов. Тот кивнул и вывел аннигилятор из боевого режима, загасив пляшущий огонёк смерти на стволе оружия.

Капитан с подчинёнными вышел прочь, а судья продолжила зачитывать приговор, вот только подопытному номер 418 он был не сильно интересен.

Часть 1: Белая полоса.

Глава 1: «Улей».

Глава, в которой Юра проживает один среднестатистический день.