— А потому что я так хочу, — отрезал я. Рег с недовольным выражением лица встал на то место, куда я ткнул пальцем. — А теперь представь, что ведешь брифинг.

Регган открыл рот, и закрыл его, потому что его глаза непроизвольно косились на то место, где под прозрачной крышкой стола были видны стройные ножки вампирши. Юбка слегка задралась, что не имело бы значения, будь стол обычным, деревянным, а вот через этот материал, внешне напоминающим стекло, эффект был очень даже пикантный. Даже такой сдержанный мужчина как Гволхмэй не смог перебороть то, что было заложено в нем самой природой, и продолжал молча коситься на ножки Маргарет.

— Да куда ты постоянно смотришь? — вспылила вампирша, а проследив за взглядом Рега, слегка порозовела. Покраснеть она по естественным причинам не могла. — Понятно, вопрос снимается, — буркнула она, быстро поднимаясь из-за стола.

Пока все выясняли, куда девать этот стол и на какой его заменить, я подошел к стене. Что-то не давало мне покоя, из-за чего я и зашел сюда, вот только из-за чего?

— Выключите свет, — попросил я. Как только свет погас, стены окрасились в ядовито-зеленый цвет, с ярко выраженной флуоресценцией. Так значит вот куда пошла та краска, которую Гволхмэй с трудом смыл со своей задницы. — Обалдеть. И какой эффект должен был быть достигнут? Запугать подчиненных? Или вы перепутали комнаты и хотели сделать этот будоражащий чувство страха, паники и далее по списку цвет стен в допросной, но что-то пошло не так и галочка была переставлена в плане напротив другой строчки? Скажите, что это так и я даже с вами ничего криминального не сделаю, — практически прошипел я.

— Нет, что вы. Мы подумали, что такой цвет внесет элемент праздника в такое официальное помещение, — пробормотал старший бригадир.

— А вы вообще в курсе, что сотрудники должны здесь работать, а не искать элементы праздника? Это зал для проведения брифингов, которые обычно проводятся, когда необходима максимальная сосредоточенность! В общем, ободрать и перекрасить. Когда эту комнату переделаете, можете быть свободны. Остатки денег сразу же упадут на ваши счета. Но стоимость новой столешницы и покраска будет вычтена из конечной суммы, дважды я за одно и тоже платить не собираюсь.

С этими словами я резко развернулся и вышел в коридор. До своего кабинета я практически бежал. Не обратив внимания на Эдуарда, я быстро пересек приемную, и вошел кабинет.

Сев за стол, я придвинул к себе пачку бумаг, которые пылились здесь уже неделю, и взял первую.

Мои попытки понять смысл какого-то странного признания в совершённом преступление были прерваны деликатным стуком в дверь. Я недоуменно посмотрел на селектор и, скомкав бумагу, бросил ее в мусорную корзину. Не понимаю, зачем вообще хранить такие вещи?

Нажав на кнопку селектора, я спросил.

— Эдуард, а что здесь происходит?

— Ничего, просто прими посетителя.

— Ты ни о каком посетителе не предупреждал.

— Это наш сотрудник, к тому же… Дей, не выеживайся, просто прими его.

— Хорошо, пусть заходит.

В кабинет вошел гном, сотрудник нашей бухгалтерии, которому я поручил когда-то лет сто назад разобраться в странных движениях денежных средств на счетах СБ.

— Мистер Нейман, у меня наконец-то сложилась полная картинка. Позволите? — я кивнул. — Если быть кратким, все счета, с которых были сняты существенные суммы, через множество подставных банков и физических лиц, в конечном итоге упали на счета Энди Верса.

Я закрыл глаза. Картинка потихоньку начала складываться. Не хватало только главной фигуры, которая стояла за убийствами офицеров и пожаром в самом здании. И, черт подери, связаны ли дела на складе с эти проклятым пожаром или все-таки нет? Почему все уверены в том, что за преступлениями стоят разные люди, но все раскручиваемые цепочки ведут только к одному?

— Когда произошли переводы: до пожара или после?

— Сразу после.