Но, насколько Ли могла видеть, все усилия сестер привлечь и удержать его внимание были тщетны – он был одинаково ровен и любезен со всеми, при этом выдержан и даже, как ей показалось, несколько отстранен. Наверняка прикидывает, на ком же остановить выбор, подумала Ли и тут же ощутила, как болезненно сжалось ее сердце.
Она хотела, чтобы он выбрал ее.
Впрочем, зачем ему это? Вопрос о том, почему все-таки первой он сделал предложение ей, мучил ее, не отпуская ни на миг. Может быть, сестры кажутся ему неинтересными, поскольку он знает их дольше, чем Ли? Или он решил, что ее легче всех будет уговорить? А может, им двигало сексуальное помрачение? Жаркая волна накрыла ее, когда она вспомнила их поспешную и безумную близость в беседке.
Желание… не оно ли было главным?
Она попыталась взглянуть на Ричарда объективно и беспристрастно, чтобы понять, что им движет. Словно почувствовав, какие мысли одолевают Ли, Ричард бросил на нее быстрый загадочный взгляд, затем поставил на столик свою кофейную чашку, поднялся с дивана и с любезной улыбкой направился к Алисии.
– Благодарю за гостеприимство…
– Оставайся на обед, Ричард, – поспешно прервала его та.
– Спасибо за приглашение, но я должен уйти, – твердо сказал Ричард.
– Мне тоже пора. – Фелисити поспешно вскочила на ноги. – Я составлю тебе компанию, Ричард.
Ричард слегка нахмурился, глядя на молодую женщину, затем перевел выразительный взгляд на Ли.
– А ты не забыла, что не виделась со своей сестрой шесть лет?
Сердце Ли сжалось от страха. Она не хотела его вмешательства, желая получить только то, что будет отдано добровольно. Но вскоре убедилась, что даже его мнение в том, что касается Ли, в расчет не принимается.
– А, Ли… – Фелисити пренебрежительно рассмеялась. – О чем, ради всего святого, мы можем говорить с ней после всех этих лет? – Ее глаза равнодушно скользнули по «черной овечке» семейства Дюран. – У нас и раньше-то не было ничего общего. Не так ли, дорогуша?
Это снисходительное «дорогуша» было самым унизительным.
– Но, может быть, теперь все будет по-другому, Фелисити? – вкрадчиво предположил Ричард. – Почему бы тебе не остаться и не выяснить это?
Ли сцепила дрожащие руки. Как она мечтала о таком заступничестве когда-то! Но зачем оно ей теперь, когда все это больше не имеет для нее никакого значения?
– Зачем? – зло спросила Фелисити, даже не пытаясь скрыть свое недовольство. – Все равно она завтра уедет.
Изящно потянувшись в своем шезлонге, Ванесса встала на ноги. Взяв Ричарда под руку и многозначительно глядя на него из-под полуопущенных ресниц, она проворковала:
– Может, пообедаем у меня дома, Ричард? Уверена, Ли хочет поговорить с мамой.
Ричард посмотрел на Ли сочувствующим взглядом.
– Спасибо, Ванесса, но у меня другие планы. – Он высвободил свой локоть из ее цепких пальцев и кивнул всем присутствующим. – Прошу меня простить.
Четыре молодые женщины проводили его недовольными и разочарованными взглядами. Никому из них не удалось достичь цели, а Ли внезапно оценила то, что он сделал ради нее – заставил их всех остаться. Он знал, как это важно для нее, как ей этого хотелось. Ее сердце забилось сильнее от такой заботы. Хотя, может, это был просто расчет – дать ей еще раз убедиться, что она пария? Ведь это было так очевидно.
В тот миг, когда дверь за Ричардом захлопнулась, Кэролайн резко повернулась к матери.
– Честно говоря, мама, не могла бы ты спровадить Ли? Выберите для разговора другое время, а? – требовательно произнесла сестра. |