– Почему слухи? Это чистая правда!

Продолжая паковать вещи, Джон лишь покачал головой. Остальные трое тоже собрались и теперь выжидающе смотрели на Джона.

– У меня есть план, – спокойно проговорил он. – Без армии мы не сможем потребовать возвращения леди Элизабет, поэтому вы, Огден и Паркер, получаете задание определить местонахождение солдат Олдерли. Вместе мы сможем вызволить их госпожу. Но прежде нам следует разузнать ситуацию, в которой она находится. Мы должны замаскироваться, чтобы войти в замок Олдерли.

Филипп навострил уши.

– Но как нам удастся оказаться внутри замка? Ведь люди Баннастера будут проявлять подозрительность к новым пришельцам, поскольку в замке заперта женщина.

– Однако они не могут вести себя так, словно идет война. Лорд Баннастер определенно хочет показать королю, что под его контролем дела в замке Олдерли идут хорошо.

– В таком случае мы войдем в замок как путешественники, – с усмешкой предложил Филипп. – Надеюсь, мы сможем поесть и после этого убраться восвояси?

– Мы должны будем вести себя так, чтобы было совершенно ясно, что уехать мы не можем.

Трое мужчин хмуро посмотрели на Джона. Джон вздохнул, как бы демонстрируя, что он недоволен их непониманием.

– Мы будем страдать от ран, которые нам нанесут напавшие на нас разбойники.

Филипп заморгал:

– Напавшие разбойники?

– Если мы будем ранены, нас не смогут прогнать из замка.

– Но…

Джон посмотрел на Огдена и Паркера:

– Нужно, чтобы вы двое устроили поблизости лагерь и установили местонахождение войска Олдерли. Если что-нибудь случится с Филиппом и со мной, вы должны будете отправиться к королю. В этом случае вы окажетесь последней надеждой леди Элизабет.

Оба солдата торжественно кивнули.

– Значит, мы с тобой будем изображать раненых? – скептически проговорил Филипп. – Но как долго это может продлиться?

– Ты прав, – согласился Джон. – Мы не можем слишком долго обманывать людей, если ранения будут бутафорскими. Они должны быть настоящими. – Он снова посмотрел на Огдена и Паркера. – Мы должны быть все в синяках. Думаю, было бы хорошо, если бы одна нога у меня распухла, чтобы я мог заявить, будто она сломана. Но кости должны быть целы, так как нам, возможно, придется сражаться.

Трое мужчин в изумлении уставились на Джона.

Джон засмеялся:

– Вы не хотите выместить свой гнев на мне? У вас сейчас есть такая возможность.

– Но у них нет ни малейшего зла на меня! – запротестовал Филипп.

– Это вы так думаете! – хмыкнул Огден.

Глава 3

На второй день своего пребывания в новом качестве Элизабет проснулась от холода, чувствуя себя разбитой и потерянной. Она резко села в постели и ощутила под собой грубый соломенный тюфяк, а не мягкий матрац. Ей понадобилось некоторое время, чтобы осознать, что она провела ночь на кухне перед очагом, отдельно от тех, кто спал в большом зале. Это была идея кухарки Адалии, когда Элизабет было запрещено спать у постели Анны. Обуреваемая тревогой, Элизабет готова была улечься у подножия башни, опасаясь, что Баннастер попытается добраться до Анны, но Адалия убедила ее, что солдаты Олдерли никому не позволят беспрепятственно проникнуть в башню.

Элизабет подтянула колени к груди и оперлась о стену. Какое-то время она была близка к тому, чтобы полностью лишиться уверенности в Себе. Она чувствовала себя страшно одинокой. У нее не было времени даже для того, чтобы должным образом поносить траур по своим родителям и нареченному. Все, чего она когда-то ждала от жизни, безвозвратно ушло.