Катер опустился на палубу. Ванесса встала, одернула китель и спустилась по трапу навстречу почетному караулу из космических десантников и группе офицеров, возглавляемой человеком, которого последний раз видела в кабинете Ктаара’Зартана на Новой Терре три с лишним земных года назад. Этот невысокий, довольно невзрачный человек шагнул ей навстречу:

– Добро пожаловать на борт флагмана Седьмого флота, адмирал Муракума!

– Благодарю вас, адмирал Прескотт!

Они обменялись рукопожатиями, и круг наконец замкнулся по-настоящему.

Несколько мгновений царила тишина. Потом в карих глазах Прескотта засветилась улыбка.

– Вот видите! Ведь Ктаар’Зартан сдержал обещание отправить вас в бой!

Глава 19

Операция «Орфей»

Заарнак не встречал вместе с Прескоттом Ванессу Муракуму. Он находился в системе ЭП-4, наблюдая за ремонтом поврежденных в бою кораблей. Наконец он вернулся в паучью систему номер десять, или П-10, как ее теперь называли в соответствии с номенклатурой, выработанной астрографами Седьмого флота. Теперь три адмирала расположились в салоне Прескотта.

– Солнце жжет клотик, – сказал радушный хозяин, чьи предки служили в военно-морском флоте на прародине-Земле. – Двенадцать склянок.

Вместо того чтобы фыркнуть на человеческий манер, орионец лишь издал горлом глухой звук, и Ванесса поняла, что он понял шутку земного адмирала.

– Какое именно? – спросил он, махнув в сторону двойной звезды за бортом «Ривы-и-Сильвы». На флагманском мониторе одного из союзных флотов, разумеется, имелась сверхсовременная система компьютерного перевода. Электронный голос в наушнике Ванессы, конечно, не мог передать все нюансы орионской речи, но этот компьютерный переводчик был намного лучше всех остальных, с которыми приходилось иметь дело Ванессе. Он даже понял и передал иронию Заарнака, не помешавшую, впрочем, орионцу потянуться за стаканом. Ванессу удивил выбранный им напиток. Орионское Ханство с давних пор закупало невероятные количества бурбона, производимого в той части Северной Америки, которую все еще называли Кентукки, но владетель Тальфон предпочитал русскую водку.

Ванесса потягивала ирландское виски и разглядывала Прескотта. Она слышала о том, каким страшным ударом стала для него новость о гибели брата, и в глубине души боялась увидеть потрясенного горем человека, превратившегося в машину для уничтожения.

«Но я же не знаю, каким он был до гибели Эндрю, – напомнила себе Ванесса. – Я почти с ним не знакома, а у него было время прийти в себя…»

И все же она чувствовала, что слухи, ходившие о Прескотте, недалеки от истины. Разумеется, его дружелюбие было непритворным, и он вел себя с Ванессой совершенно естественно, но за его радушием чувствовалось что-то, чего в Прескотте не было раньше.

«А ведь я смеялась, когда Прескотта сравнивали с Иваном Антоновым! Это казалось так нелепо. А теперь…»

Ванесса взглянула на рабочее место в углу адмиральского салона. Даже при нынешних инерционно-инертных двигателях и адмиральские салоны не отличались особым простором. На столе Прескотта стоял маленький компьютер с плоским жидкокристаллическим дисплеем, на котором Ванесса увидела уже отчасти знакомую ей схему звездных систем.

– Вижу, системам уже присвоены новые обозначения.

– Конечно! – Прескотт встал и подошел к дисплею. – А то как же в них разобраться?!

Все системы цепочки между ЭП-5 и Первым паучьим гнездом, по которым прошел Прескотт, и системы, обнаруженные разведывательными ракетами за узлами пространства, сквозь которые еще не проникали корабли союзников, называлась «паучьими» и несли тот или иной произвольно присвоенный им номер. На дисплее были показаны все системы от Зефрейна до ЭП-5, и Ванесса убедилась в том, что система с красным гигантом между Третьим и Первым паучьими гнездами называется теперь П-04.