Планеты в звездных системах вращались вокруг своих светил с самыми разными скоростями, и путешественники, перемещавшиеся между ними, страдали он фантастических перемен часовых поясов гораздо больше, чем когда-то на прародине-Земле мучились люди, за несколько часов перелетая из одного полушария в другое. Юнатаар же безжалостно отправил Сандерса в Центавр с личным донесением Объединенному комитету начальников штабов Великого Союза.

После нескольких бессонных ночей в полете Сандерс старался приободриться, глядя на свет главной звезды Центавра, заливавший кабинет Ктаара’Зартана. Лейтенант понимал, что не имеет права спать на глазах у тех, перед кем он стоял.

– Значит, первый клык не стал уничтожать орбитальные укрепления? – пробасил Норак.

– Так точно! Он решил не тратить боеприпасы на разрушение космических крепостей, вращающихся вокруг испепеленных планет, неспособных снабжать их всем необходимым.

– А что если эти космические крепости автономны и могут сами обеспечивать существование своих гарнизонов?! – воскликнула Макгрегор.

– Возможность этого ничтожно мала. Кроме того, без необходимого ремонта даже автономные системы жизнеобеспечения рано или поздно выходят из строя.

– Это происходит не скоро, – заметил Ктаар.

– Первый клык Юнатаар, – отчеканил Сандерс, – считает, что в первую очередь на космических крепостях из строя выйдут не системы жизнеобеспечения, а их вооружение, и они станут совершенно безобидными. Мы можем дождаться этого момента и уничтожить их, не подвергая себя никакому риску… Адмирал Макомб тоже полагает, что сейчас не стоит мараться об эти укрепления.

Ктаар улыбнулся, пряча клыки и всем своим видом показывая, что достаточно хорошо знает стандартный английский, чтобы понять слова Макомба.

– Ну ладно. Я согласен с решением первого клыка, – сказал Ктаар и с видимым усилием, заставившим Сандерса вспомнить о том, как стремительно в назначенный час стареют орионцы, повернулся к голографическому дисплею, занимавшему теперь всю стену его просторного кабинета.

Размеры дисплея никого не удивляли, ведь он изображал все театры военных действий и отражал всю новую астрографическую информацию, собранную Прескоттом, Заарнаком и Муракумой, которых острословы уже давно называли тремя мушкетерами Великого Союза.

Среди множества условных обозначений Сандерс сразу увидел темно-багровую точку, напоминавшую подернутый пеплом уголь. Это было недавно уничтоженное «паучье гнездо».

В повисшей тишине прозвучал глухой голос Макгрегор:

– И вот вам результат – двое негритят…

Глава 28

Вторая попытка

В кривом коридоре за внешней обшивкой «Ли Чен Лу» был иллюминатор. Из него были видны лучи светила Орфея-1, отражавшиеся от бортов кораблей, слишком маленьких для участия в современных космических баталиях.

Одного их вида хватило для того, чтобы Марк Леблан вышел из себя:

– Черт бы побрал этих проклятых политиков! Впрочем, где бы они были без их баранов-избирателей! Даже Беттина Вистер не навредила бы нам, не будь за ней всей тупой Новой Терры! Боже мой, сколько тяжелых кораблей охраняет в тылу этих жалких трусов! А как бы они здесь пригодились!

Ванесса Муракума улыбнулась. Она до сих пор переживала радость, которую испытала от сообщения, наконец добравшегося до нее по бесконечным каналам связи из глубин Звездного Союза.

– Постарайся понять этих людей, Марк! Они трясутся за собственную жизнь. Нашли же «пауки» невидимый узел в Центавре! Значит, они могут неожиданно возникнуть где угодно. Это в состоянии понять даже штатские.

– Если бы политики и некоторые их любимцы, почему-то носящие адмиральские звания, не пудрили мозги штатским, даже зажравшиеся жители Коренных Миров поняли бы, что все граждане Земной Федерации окажутся в полной безопасности только тогда, когда в каждой из наших обитаемых систем будет столько боевых кораблей, сколько насчитывают все паучьи флоты, вместе взятые.