|
Наитием он почувствовал новый удар и уклонился. «Смердящий хорек!» – прошипела темнота. В это мгновение Торфин зажег-таки факел и с бычьим топотом устремился следом за своим вождем. Багровые сполохи прогнали темноту, и Рагнвальд увидел перед собой двух женщин в доспехах и трупы его дренгов, грудой валяющиеся в углу. «Проклятые ведьмы оттаскивали их, чтобы не насторожить следующих!» – понял Рагнвальд. – Ну, течные суки, прощайтесь с жизнью! – рявкнул он. – Только сначала мы оприходуем вас всем хирдом! – Гы!.. – невнятно подтвердил Торфин. Его пугала куча в углу. – Ты сначала отрасти то, чем приходовать собрался, Рагнвальд! Детей-то у тебя нет! – спокойно сказала старшая из женщин, а младшая звонко рассмеялась. – Э! – Ярл удивленно посмотрел на старшую. – Да это никак Эорвис, вдова Стурри Злосчастного! Ты-то мне и нужна! Его первый удар был стремителен. Второй – неотразим, третий – смертелен. Но проклятая валькирия отразила все три, крича: – Ты!.. Его!.. Не хоронил!.. Свейни трудился, как жнец на уборке урожая. Десятник уже давно потерял счет убитым им врагам. Он только краем глаза увидел несколько теней, спускающихся по веревкам с внутренней части стены. «Что ж, там их встретят бонды! Олав знает свое дело!» Внизу тотчас загремело железо и послышались крики… Вдруг враги расступились перед Свейни, и из темноты, изредка озаряемой багровыми сполохами, возник воин с двумя топорами. Свейни ясно увидел, как с их лезвий медленно капает кровь. «Это как в том сне», – подумал десятник и поднял щит… Кажется, он все-таки ранил этого, обоерукого. Но топоры сказали: с-с-сса! И тьма стала кромешной… Бранивой, которого нурманы звали Брандом, увидел, как упал Свейни. Противник с двумя топорами медленно перешагнул его и взмахнул оружием. – Я Бранивой из Рарога31! – крикнул бывший трэль, а до того бывший воевода бодричей и медленно поднял секиру. – Синфьетли! – прошипел обоерукий и, не останавливаясь, стремительно атаковал… Эорвис сражалась со спокойной усмешкой на лице. Рядом гремела сталь. Сигурни схватилась со вторым халогаландцем. Этот Рагнвальд оказался непрост. Даже без щита он не уступал Эорвис в бою на мечах. «Спасибо, Сигурни, – подумала воительница, принимая очередной удар оковкой щита, – твой топор заставил его бросить щит!» Эорвис сделала быстрый шаг, заходя к ярлу с незащищенного бока. Нога отозвалась резкой болью. «Только не сейчас!» – подумала женщина, нанося один за другим три быстрых удара. Рагнвальд начал уставать. «Эта сука, похоже, сделана из железа!» Он никак не мог пробиться сквозь ее защиту. Такого мастерского владения мечом ярл не встречал и у мужчин. «Ничего! – он ускользнул от очередного коварного выпада. – Должна же ты ошибиться, подстилка!» Сигурни ловко пригнулась, пропуская над плечом лезвие топора. Факел в левой руке Торфина едва не угодил ей в лицо. Она крутанулась на пятке, снова ускользая, и ударила в ответ. Здоровяк удивленно вскрикнул. Меч Сигурни вспорол ему бедро. Топоры врага пели песнь смерти. Бранивой спокойно уклонялся, изредка отбивая самые опасные удары обухом секиры. Мощный обнаженный торс славянина блестел в кровавых сполохах пламени. Вновь став воином, Бранивой ждал своего мгновения… Когда клинок врага пробил ее кольчугу, Эорвис даже не вскрикнула. Багровые тени заметались по стенам. Несколько ударов сердца ничего не происходило. Потом… Рагнвальд нашел-таки лазейку в защите безумной валькирии. |
