– Ах да, помню, – сказала донья Росита. – Там ее унес ветер, да, какое чувство, как же, как же.

– Да нет, это не тот фильм, – сказала донья Пена. – Это другой фильм, в нем еще священника звали Пене, не знаю, как дальше. Там все пески да пески, а какие краски.

– Да нет же, мама, – сказала Нелли. – Та,что с Пепе, совсем другая, это картина с Шарлем Буайе. Атилио тоже ее вплел, мы еще ходили с Нелой. Помнишь, Атилио?

Пушок, плохо помнивший фильм, принялся передвигать кресла с дамами, чтобы уберечь их от солнца. Сеньоры смущенно хихикали и повизгивали, но были несказанно довольны, потому что теперь бассейн открывался перед ними как на ладони.

– А эта‑то уже затеяла разговор с мальчиком, – сказала донья Росита. – Меня всю так и переворачивает, как подумаю, какая она бесстыжая…

– Но, мама, не такая она… – сказала Нелли, которая разговаривала с Паулой и все еще находилась под впечатлением веселых шуток Рауля. – Ты совсем не желаешь понять современную молодежь, вспомни, как мы ходили в кино смотреть Джеймса Дина. Ты только подумай, Атилио, она порывалась уйти и все твердила, что они бесстыжие.

– Вообще‑то эти стиляги не очень порядочные люди, – сказал Пушок, подробно обсуждавший фильм с приятелями в кафе. – Уж такое у них воспитание, что с них возьмешь.

– Будь я матерью этого парнишки, я бы послушала, о чем они говорят, – сказала донья Пепа. – Наверняка нашептывает ему такое, что ему рано знать. Слава богу, если этим дело кончится…

Остальные согласились с пей, многозначительно переглянувшись.

– А вчера вечером она перешла все границы, – продолжала Донья Пепа. – Надо ж, отправилась в темноте на палубу с женатым человеком, на глазах его супруги… Ох, и лицо у нее было, я‑то хорошо видела, бедный ангелочек. Надо прямо сказать, веру совсем потеряли. Вы видели, что творится в трамвае? Можешь хоть падать от усталости, а они преспокойно сидят себе, уткнувшись в журналы с детективами да с этой Софи Лорен.

– Ой, сеньора, если бы я только вам рассказала… – подхватила донья Росита. – Да что ходить далеко, вот в нашем же квартале… Посмотрите, посмотрите на эту бесстыжую, мало ей, что завлекла вчера этого парня, она еще вдобавок вертит с учителем, а он‑то, похоже, серьезный человек, такой скромный.

– Ну и что? – сказал Атилио, грудью защищая осажденный лагерь. – Лопес мировой парень, с ним можешь поговорить о чем хочешь, он ни капельки не задается, уж поверьте. И правильно, что не теряется, раз она сама чуть не вешается ему на шею.

– А куда же муж смотрит? – спросила Нелли, которая была в восторге от Рауля и не понимала его поведения. – Он‑то, думаю, должен был обо всем догадаться. Сначала с одним, потом с другим, а потом, глядишь, и с третьим…

– Они такие, они такие, – сказала донья Росита. – Один ушел, и она тут же начинает точить лясы с учителем. А что я вам говорила? Ума не приложу, как это муж такое терпит.

– Такова современная молодежь, – сказала Нелли, не находя других аргументов. – Это во всех романах описано.

Закованная в броню морального превосходства и красно‑синего пляжного платья, сеньора Трехо поздоровалась с присутствующими и заняла кресло рядом с доньей Роситой.