Она и остальные шли по изгибу ручья, добрались до выступающих камней, и стало видно их лагерь. Восемь драконианш и инкуб сидели у маленького костра, за ними было несколько низких палаток из коричневой ткани. Она сдула челку с лица, страх заполнил ее и быстро прошел. В череде неудач и необходимости они с Лиром научились подавлять Кошмарный эффект постоянным его воздействием. Но если бы не ситуация жизни и смерти, она бы никому такое не советовала.

Когда она узнала, что проход через Пустоту в другой мир создал морок деймона, она не думала, что у деймонов, не побывавших на Земле, нет морока. Все женщины, кроме Сейи, не могли скрыться мороком, чтобы не воздействовать на Пайпер и Лира Кошмарным эффектом.

В постоянном окружении драконианов без морока было не весело. Пайпер и Лир не знали, смогут ли привыкнуть и жить так. Они похудели, страх мешал есть, пока они не привыкли, к общему облегчению. Теперь она ощущала лишь немного страха, если долго была вдали, но он быстро проходил.

Помахав женщинам у костра, Пайпер опустилась рядом с Лиром на одеяло на земле.

Она не сразу привыкла к нему в форме дракониана. Черная кожа хорошо смотрелась на нем — все отлично смотрелось на нем — но это все еще было странно. Она тоже выглядела необычно в форме дракониана и мерцающем топе рюдзина.

Раиса пронеслась мимо нее и опустилась рядом с Шоной, ее матерью, рассказала, как победила Пайпер, во всех подробностях.

— Хорошо прошло? — спросил Лир у Пайпер.

— Если избиение детьми — это хорошо, то все было отлично.

— Все на пользу, — с сочувствием сказал он. — Тебе нужно привыкнуть к нашему миру.

Я неделями был в ужасном состоянии, попав на Землю. Требуется время.

Она не хотела жаловаться, ее гордость пострадала. Ей нужно было набраться сил, особенно, если она хотела поспевать за драконианами. Подземный мир был словно на высоте — воздух был разреженным, все отличалось. Она еще и была в горах.

Второе солнце пропало за планетой, наступило затмение. Еще минуту из-за планеты сиял тонкий ободок света, а потом и он угас. Тьма накрыла землю, стирая горы вокруг.

Она придвинулась к огню, только он освещал, и Пайпер скользила взглядом по лицам. Хотя не все сейчас были тут, всего с ними было четырнадцать драконианов, включая Эша и Сейю. Четыре мужчины и десять женщин. На другой стороне костра на коленях матери сидела девочка с грубо сшитой игрушкой-дракончиком. Яна подняла игрушку, расправила ее крылья, словно та летела, и посмотрела на маму большим голубым глазом. Другой ее глаз был скрыт белой повязкой, шнурки от нее были вплетены в ее темные волосы. Пайпер не спрашивала, что случилось с девочкой. Она не хотела знать.

Сиван сидел напротив Пайпер, водил камнем по изогнутому ножу. От звука камня по металлу она скрипела зубами. Рядом с ним его наполовину сестра Жезель жевала сухое мясо и смотрела хмуро на огонь. Они были почти одного возраста, с разными матерями, но от одного отца — этот дракониан недавно умер.

Пайпер все еще разбиралась с отношениями среди них. Только у Кива была мать, сестра, две тети и две кузины среди четырнадцати драконианов. Насколько Пайпер знала, они избегали смешения, но Самаэл хотел добавить новую кровь. Его лучшим вариантом был Эш, который был связан лишь с Сейей, но, как рассказывала давно Сейя, Самаэл не смог заставить Эша размножаться, хоть это и стоило им с Сейей жестоких наказаний.