Фелисите понимала, что ей необходимо пользоваться моментом, и поэтому она сказала:

— Ты действительно считаешь, что я сильно изменилась? Филипп не сводил с нее взгляда.

— Ты очень красива, — повторил он взволнованно. После этого они оба замолчали и молча смотрели друг на друга. У них не было необходимости разговаривать. Все, что нужно, они сказали друг другу глазами. Вокруг толпился народ, звучали взволнованные приветствия, смех, но они ничего не замечали.

— На нас смотрят, — после долгой паузы прошептала Фелисите, — нам лучше уйти.

Они медленно пошли прочь, он вел ее под руку. Молодая пара не замечала, куда бредет. Они шли по чистому снежному покрову, простиравшемуся позади церкви Бонесекур до самой реки. Они с трудом пробирались по снегу, но пытались на это не обращать внимания до тех пор, пока не смогли двигаться дальше. Они были в снегу по колено. Молодые люди остановились и посмотрели друг на друга, как бы спрашивая: «Как мы здесь оказались?»

Фелисите, не отпуская его руки, начала хохотать.

— Все подумают, что мы сошли с ума, — заявила она.

— Я точно сошел с ума! — заявил Филипп. Он отвернулся от Фелисите и огляделся, но ничего не увидел. — Фелисите, я только что понял, что влюбился в тебя!

Когда он решил объясниться, Фелисите почувствовала уверенность, хотя до сих пор ее переполняли противоречивые эмоции, и она не знала, сказать ей «да» или «нет».

— Ты мне уже говорил об этом, — прошептала она ему в ответ.

Казалось, юноша проснулся и удивленно посмотрел на нее.

— Я тебе это говорил?! — поразился Филипп. Фелисите откинула голову назад и посмотрела на него с таким счастьем и верой, как бы подтверждая взаимную любовь.

— Ты объяснил мне все своим взглядом. Я поняла, что ты меня любишь и была счастлива.

— Они… мои глаза… Они тебе еще что-либо подсказали?

— Я думаю, что ты прав, Филипп.

— Они тебе не сказали, что я собираюсь поговорить с мсье Шарлем сегодня же и попросить у него позволения на наш брак?

У Фелисите был мечтательный голос.

— Да, Филипп. Я уверена, что все было именно так.

— А ты? Ты хочешь, чтобы я поговорил с мсье Шарлем?

— Да, я хочу, — раздался шепот.

Филиппу хотелось подпрыгнуть, но в снегу это было сделать нелегко. Поэтому он произнес:

— Ты сама все сказала. Я бы сам никогда не решился просить твоей руки. Ты мне подсказала, что хочешь за меня замуж, что ты… ты меня любишь.

— Да, Филипп, — ему показалось, что ее голос слышится издалека. — Я люблю тебя и люблю очень давно. Наверное: с тех пор, как я себя помню.

Затем, как бывает в подобные моменты, Филиппа начали мучить сомнения.

— Мсье Шарль очень рассердится. Он подумает, что я тебе не подхожу, Фелисите, любимая. И он прав, я беден, а ты заслуживаешь мужа получше меня. Я ничего не могу тебе предложить, кроме любви. Впереди мне ничего не светит.

Фелисите улыбнулась.

— Мне этого вполне достаточно, я счастлива.

— Что будет, если мсье Шарль не позволит нам пожениться? Фелисите захихикала.

— Если он скажет нам «нет», у меня есть множество способов помочь ему переменить мнение.

Они повернули назад и начали трудный путь домой. Фелисите забрала у него свою руку.

— Нам нужно поговорить о чем-то другом, иначе все узнают, что случилось, — заметила она.