Сидевший за рулем резко обернулся назад и от неожиданности раскрыл рот и замер, выпучив глаза.

— Тс-с-с... — прошипел Болан, позволив ему как следует рассмотреть большой серебристый пистолет.

Второй мафиози сидел не шелохнувшись, словно превратился в каменное изваяние, только взгляд его, казалось, намертво прикипел к зеркалу заднего вида. Однако первым обрел голос именно он.

— Что все это значит? — с беспокойством спросил он.

— Только то, что для тебя, возможно, настал судный день, — сухо информировал его Болан и бросил вперед значок снайпера. Тот ударился о ветровое стекло и упал на панель над приборным щитком.

— Возьми его, — холодно приказал Палач.

Водитель медленно, стараясь не делать резких движений, протянул руку и выполнил приказ. Его дрожащие пальцы ощупали страшный предмет и судорожно сжали его в кулаке. Он не произнес ни слова. Зато у его соседа вырвалось:

— Что это такое?

— Снайперский значок, — ответил водитель сдавленным голосом.

— О Боже! — пробормотал второй гангстер мрачным, упавшим голосом. — Значит, ты — Мак Болан?!

— Ты не ошибся, он самый, — заверил его Палач. — В свою очередь и мне хотелось бы знать, с кем я имею честь?

От той иронии, с которой были сказаны последние слова, веяло могильным холодом, и мафиози, втянув голову в плечи, попытался ответить как можно дружелюбнее:

— Меня зовут Дэнни Тринити. Думаю, ты обо мне никогда не слыхал. Хотя я о тебе, парень, слышал много... Недоумок, что сидит слева, — Онтарио Чарли Флора, мой водила.

Но красноречия Дэнни Тринити хватило только на представления.

Однако Болана интересовало продолжение разговора.

— Ребята, у вас есть шанс пожить еще немного, если будете правильно себя вести.

Мафиози понимали, что это значит. Немногие из живых «братьев» могли похвастать, что им довелось поболтать с Палачом. Но поскольку он начал с разговора, а не со стрельбы, свои шансы остаться в живых они оценили как два к одному.

— Нам нечего с тобой делить, дружище, — ответил Дэнни Тринити, цепляясь за соломинку и прикрывая страх бравадой.

— Тогда продолжай в том же духе, — добродушно посоветовал Болан. — На кого вы работаете?

На миг оба гангстера призадумались.

Легонько ткнув Дэнни в затылок стволом «отомага», Болан почти ласково предупредил:

— Советую говорить правду. Вы разговариваете с человеком, который знает, когда ему вешают лапшу на уши.

Онтарио Чарли глотнул воздуха и с отчаянием обреченного выпалил:

— Наш босс — Оджи Маринелло.

Что ж, это было похоже на правду. Хотя Маринелло и получил тяжелое увечье в схватке с Боланом во время его налета на Джерси, он все же цепко держался за жизнь и никому не собирался уступать положение самого влиятельного капо в Нью-Йорке.

Болан холодно спросил:

— Как поживает Оджи?

— То, что от него осталось, поживает неплохо, — фыркнул Дэнни Тринити. — Хотя, приятель, ты оставил ему не слишком много.

— Тебе я могу оставить и того меньше, — напомнил гангстеру Болан. — Какое у тебя положение в Организации?

— Никакого, — ответил мафиози, сообразив, что выбрал неподходящее время для шуток. — Я работаю в команде Тони Вейла.

— А-а, шайка карателей!

— Значит, ты все знаешь. Слушай, хочешь, я тебе расскажу о своей жизни? Я родился в...

Теряя терпение, Болан рявкнул:

— Заткнись. Ты ведь далеко от своей территории, Дэнни.

Гангстер пожал плечами и бросил отчаянный взгляд на своего партнера.