Затем Клещ вышел из машины, и Кирилл передал ему пакет с книгами, а сам достал из кармана носовой платок и отер со лба пот. Окно с его стороны было открыто, запариться он не мог. Значит, волнуется, понял Ромка и через несильный бинокль разглядел, как у него дрожат руки.

Он перевел окуляры на Клеща и толкнул Славку.

— А "Императора"-то он к банку несет, Новгородцеву, как я и думал. Будем его потом брать с поличным или как? Андрюша, может, в милицию позвонишь? Чего тянуть-то?

Андрей тронул машину с места и проехал еще немного вперед, чтобы не спугнуть злодея, но и не потерять его из виду.

А ни о чем не подозревающий Клещ, не оглядываясь, шел себе и шел нормальным шагом, как все прохожие. Он подстриг свою бороду и хотя краше не стал, ничем особенным из толпы не выделялся.

Андрей взялся за телефон, переговорил с кем надо в милиции.

— Время у нас еще есть, — удовлетворенно сказал он. — Пока ваш банкир расплатится с Клещом, они уже подоспеют.

Ромка кинул взгляд на банк. И как раз в тот момент из его дверей появился высокий человек средних лет в сером костюме. Человек прошел на огороженную стоянку, предназначенную для банковских служащих, и направился к стоящему недалеко от дороги темно-зеленому "мерседесу".

— Это же Новгородцев! — привстав, возбужденно объявил Славка. — Он к своему "мерсу" идет бронированному, на котором я вчера домой ехал. Значит, они с Клещом в нем договорились встретиться. Правильно, не в банк же его приглашать, образину такую. И на улице с таким неудобно общаться. А Кирилл, значит, так и есть — наводчик. Как все просто, да, Ромка? А я-то, дурак, сомневался.

— Пожалуй, надо еще и охранников предупредить, чтобы они помогли его задержать, — озабоченно сказал Андрей.

— Правильно. А интересно, за сколько Клещ Николаю Никитовичу эти книжки продаст? Моя дядька вчера сказал, что они могут двадцать тысяч стоить. Или этот бандюга еще больше потребует? Новгородцев все-таки банкир, любые деньги даст. Иначе зачем весь этот сыр-бор затевать, неужели Клещ не мог спереть чего-нибудь подороже?

"О чем я недавно слышал, что тоже стоит двадцать тысяч? — подумал Ромка. — Совсем-совсем недавно? И где? И кого все-таки мне напомнил этот Кирилл?"

Его мысли закрутились быстро и беспорядочно. В голове проносились события последних дней. С кем он встречался, кого видел?

И вдруг перед Ромкой всплыло омерзительное лицо с оловянными глазами, а в ушах раздался возглас отца перед телевизором: "Послушайте! Террористу за взрыв на дагестанском рынке двадцать тысяч рублей заплатили. Как же дешево ценятся людские жизни!"

И тут же, в одно мгновение, Ромка понял, на кого был так похож Кирилл, когда нес пакет от дома к своему "Лексусу". Он был похож на него, Ромку. Конечно, не обликом, но его походка, каждое движение и та особая осторожность, с которой он держал книги, очень напомнили Ромке его собственные недавние ощущения, когда на проспекте Мира он выносил из троллейбуса пакет с предполагаемой миной.

А Клещ не осторожничал. Он как ни в чем не бывало помахивал тяжелыми книгами и все ближе и ближе приближался к темно-зеленому "мерседесу", в котором его ждал Новгородцев.

СТРАШНАЯ НАЧИНКА

Ромка растерянно посмотрел на друзей. Что-либо объяснять — значит терять время. А счет шел на секунды. Медлить нельзя, надо что-то делать.

И тогда неожиданно для всех и прежде всего для себя самого он вихрем вырвался из "Тойоты" и в отчаянии закричал:

— Эй, стой! Замри, гад!

Бородач оглянулся и на какой-то миг застыл на месте.