В Зарянке сама собой появилась традиция, вечером, перед тем, как разойтись по домам, собирались вместе. Жгли небольшой костерок из непригодных для строительства материалов, сидели, разговаривали. Это был момент единения, осознания себя частью общины. Никто намеренно не стремился создать это ощущение, традиция появилась случайно, но ценность её сложно было переоценить. В такие моменты лучше всего планировались дела на следующий день, на ближайшую неделю, потому что каждый понимал, что его участие важно.

Александр, сидя у костра, слушая, как пережившая катастрофу вместе с ними мошкара, жужжа летает над головой, пытаясь найти удачное место для посадки, рассказал о планах.

— Я думаю, что до урожая сорго еще далеко, есть одних червей с капустой перебор.

— Капуста почти закончилась, — перебила его Фекла.

— Тем более. Я думаю, нам надо сплавать вниз по реке, километров на сто, посмотреть, чем живут другие.

Гордей хмыкнул.

— Барин, берега топкие сейчас, не подойти. К тому же после того землетряса земля пошла по швам. Я про пороги говорю, водопады. Помните, какой у нас был водопад. Река, можно сказать, исчезала в нем, ни конца ни края, когда яма наполнилась, не было видно. Наверняка есть и более крупные разломы, которые не заполнились до сих пор.

— Я думал об этом, Гордей. Конечно, можно просидеть еще один год, не спускаясь с холма, но я не уверен, что мы доживем до следующего. Таких подарков судьбы, как припасы Забавы у нас больше не будет. Это была фора, подаренная нам судьбой, потому что мы были еще слишком неопытны и напуганы. Семена сорго, если оно вызреет, дадут нам килограмм десять, или двадцать зерна. Половину надо будет оставить на семена. Десять килограмм на девять месяцев? Это смешно. Черви не растут так быстро, как мы их едим. Через месяц их вообще не останется на нашем холме такими темпами. Дойти до железной дороги сейчас никак не получится. Дороги нет ни пешей, ни водной. Мне нужен один человек и плот.

— Почему не лодка? — спросил Харитон.

— Лодка лучше, но кто ее нам сделает? — поинтересовался Александр.

Ему не ответили. Опыта в строительстве лодок ни у кого не было.

— А как же на плоту против течения? — спросила Аглая, больше всех переживая за инициативу мужа.

— Я надеюсь, Поликарп одолжит нам велосипед, — произнес Александр и посмотрел на Поликарпа.

Просьба застал того врасплох.

— О, велосипед? Он был мне как память.

Матрена ткнула мужа в бок.

— Если надо, конечно берите. Что на него любоваться, если он может принести пользу для общего дела.

— А ты, барин, решил, что на велосипеде не будет так топко? — поинтересовался Гордей, не поняв глубину замысла бывшего начальника.

— Конечно, и буду колесить по округе в грязи по самые… коленки, — засмеялся Александр. — Я думаю приспособить к нему винт или колесо, чтобы тяга была. Вот у Харитона хотел спросить, как у специалиста, что он сможет сделать для моей идеи.

— Хм, Александр, надо подумать. Винт, наверное, предпочтительнее, но ему нужен редуктор, чтобы обороты были нормальные. Наверное, проще всего будет закрепить на ободе колеса лопатки. Я там для мотыг уже столько заготовок сделал, что лет на пять вперед хватит. Их можно было бы пустить на лопатки.

— Здорово, — Александр хлопнул Харитона по могучей спине, — процесс пошел. Кто еще может предложить нам чего-нибудь полезного в дорогу.

Народ с азартом подключился к обсуждению разных нюансов, которые могли, по их мнению, случится в дороге.

— Оружие надо взять, — предложил Гурьян. — Теперь каждый человек смотрит на другого с опаской.