Каждый для себя определил места пересечения «коридора», по которому прошел «неизвестный». Вскоре сверили результаты. Восемь из десяти учеников-лозоходцев сошлись в выводах о траектории. Она в точности совпала с реальной, что и было мною засвидетельствовано. Более того, все восемь правильно определили также направление.
Это упражнение стало прообразом подлинного биолокационного поиска человека, в чем Прокофьев считается одним из асов. Он долго сотрудничал с уголовным розыском, помогая находить исчезнувших людей.
Мне известно о его участии в одной из подобных операций. Из серпуховской тюрьмы сбежали двое заключенных, пробравшись через воздуховоды старинного здания на чердак и спустившись с крыши по скрученным простыням. Обычный поиск, затянувшийся на месяцы, не дал результата. Следователи обратились за помощью к Игорю Юрьевичу.
Настроившись по оставленному белью народного из беглецов, лозоходец вышел на след. После долгих петляний по городской окраине (заключенные явно не знали города) преступники вышли к железнодорожному мосту через Оку. На противоположной стороне реки их даже не пытались искать, поскольку на мосту круглые сутки дежурит вооруженная охрана, миновать которую, по мнению следователей, было невозможно. Однако рамки повели Прокофьева через мост.
Спустя месяц, когда сбежавших задержали в одном из южных городов, выяснилось, что охранники на мосту просто спали. Проверяя данные Прокофьева, следователь сказал беглецам, что на их телах были якобы закреплены невидимые датчики, поэтому известен каждый их шаг. Например, следствие знает, что, отойдя от здания тюрьмы, они подошли к водопроводной колонке. Они изумленно подтвердили этот факт. Только выявил эту «петлю» не датчик, а оператор биолокации.
Кстати, по мнению Игоря Юрьевича, когда собака берет след, ее ведут вовсе не обоняние, а врожденные биолокационные способности. Вот только настроиться на искомый объект собака способна в течение суток. У лозоходца такого ограничения нет.
Прокофьеву приходилось и спасать человеческие жизни. Он участвовал в поисках жертв землетрясений в Армении и Иране. В Ленинакане и Спитаке он оказался лишь на 11-й день после трагедии. Спасатели уже прекратили поисковые работы, зная из практики, что больше десяти дней под завалами продержаться невозможно. Опыт Игоря Юрьевича ио работе в пещерах доказывает: в отдельных случаях раненый остается живым до 14 дней.
Переходя от одного завала к другому, Прокофьев указал на шесть случаев, где должны были оставаться живые люди. В одном из таких случаев из-под кусков бетона и битого кирпича удалось извлечь живого мальчишку. Это было на 12-й день после катастрофы.
В другом месте Игорь Юрьевич совершил любопытную ошибку. Он указал на лежащий под руинами труп. Когда произвели расчистку, вытащили бочку с засоленным мясом. По мнению Прокофьева, настрой на информационный сигнал мертвого человека дал небольшой сбой: мясо, как нечто материально близкое трупу, было уловлено оператором биолокации.
Что еще может искать лозоходец? Что угодно, но непременно нечто конкретное, позволяющее построить в воображении точный образ. Когда Игоря Юрьевича пригласили в Якутию на поиски горного хрусталя, прежде всего он изучил свойства кварца подержал в руках кристаллы. Сориентировал себя на две поисковые программы – на кварц и на пустоту, зная, что горный хрусталь часто отыскивают в продольных полостях. Собственно биолокационный поиск он вел дистанционно, над географической картой. Выявил 13 хрусталеносных полостей. При проверке на местности 10 из них подтвердились, причем на девяти уже ведутся разработки.
Прибыв в Якутию, в долину реки Алдан, Прокофьев обошел вместе с главным геологом подземные выработки: хотелось обнаружить еще не найденный кварц там, где не надо вести дополнительные земляные работы. Все такие места оператор биолокации указал, они были зафиксированы, а впоследствии вскрыты. Через год Игорь Юрьевич получил от главного геолога заключение: попадание составило 92,5 процента. |