– Ничего! Разворачивайся на сто восемьдесят градусов, положи сумку на место и садись завтракать. Ты никуда не поедешь!

– Я еду.

– А я сказал, что ты никуда не едешь!

– А я сказала, еду!

Света из-за спины Роберта заговорщически махнула мне рукой и быстро затараторила:

– Роберт, твоя сестра уже давно не ребенок и умеет принимать самостоятельные решения. Если она собралась куда-то ехать, пусть едет. Тем более что от ее поездки нам может выгореть целых десять тысяч долларов! Мы не так богаты, чтобы разбрасываться такими деньгами. Выпусти сестру и не валяй дурака. В Жене сейчас особой необходимости нет. Я что, не смогу накормить нашего заключенного? В туалет мы его будем водить вместе. Справимся.

– Уйди с глаз долой, – сквозь зубы процедил Роберт и посмотрел на Светлану таким взглядом, что она решила не испытывать судьбу и моментально ретировалась.

– Не устраивай никаких сцен, – сказала я брату, – Если мне надо куда-то поехать, я поеду, и никто не сможет меня остановить. Ты это знаешь.

– Тебе что, не хватает денег? – как-то растерянно спросил брат и нахмурил брови.

– Дело не только в деньгах. Я хочу расквитаться с одним человеком, который так по-свински влез в мою жизнь и наделал целую кучу гадостей. А самое страшное то, что этот человек сыграл на моих чувствах. Он подослал ко мне молодого, симпатичного мужчину, который запросто уложил меня в кровать и сыграл свою роль, как просто блестящий актер. Меня унизили, меня растоптали и, в конце концов, меня предали.

– Ты хочешь сказать, что готова убить того, кто подослал к тебе курносого?

– Ну почему же обязательно убивать. Быть может, найду у него какое-нибудь слабое место и сделаю ему точно так же больно, как он сделал мне.

– Не говори ерунды. Ты, такая хрупкая, такая беззащитная, что ты можешь сделать?

– Роберт, давай я разберусь во всем сама. Если со мной что-нибудь случится, вы отпустите курносого и, надеюсь, найдете применение отцовскому наследству.

У Светы задрожали губы – мысленно она уже представила меня погибшей и побежала в отцовский сейф пересчитывать деньги. Роберт заметно побледнел и слегка вздрогнул.

– Никогда так больше не говори. Мне не нужны ни деньги, ни этот дом. Мне нужна ты. Я хочу тебя видеть живой, здоровой и веселой.

– Спасибо, – со слезами на глазах сказала я и чуть тише произнесла:

– Ты можешь отвезти меня по нужному мне адресу на нашей машине?

– А может, ты все-таки останешься дома?

– Ты же знаешь, что меня невозможно удержать. Как только я сделаю все, что задумала, ты за мной приедешь. Я буду звонить.

Роберт тяжело вздохнул и пошел одеваться. Я шутливо пригрозила Светлане пальцем.

– Смотри, пленника не обижай.

– Не переживай, не обижу. – Она постаралась улыбнуться. – Ты, самое главное, возвращайся. Смотри, чтобы с тобой ничего не случилось. Бог с ним, с этим наследством. Ты же мне десять тысяч долларов пообещала, а наследство переоформлять нужно, возни много.

– Ты неисправима, – усмехнулась я и заглянула в комнату к Виктору. – Ну, будь здоров, не болей.

Слушайся Светлану.

– Не надо никуда ехать, – в который раз повторил он. – Сними с меня наручники, давай спокойно все обсудим.

– Думаю, у нас еще будет время именно так и поступить.

– А этот Игорь Николаевич тебя когда-нибудь видел? – поинтересовался Роберт, когда мы сели в машину.

– Надеюсь, что нет.

– Так ты в этом не уверена?

– Он приходил к отцу, когда я была еще совсем маленькая.