— Ты уже приходишь в себя, — заметил Майер.

— Когда Рокленд потерял надежду договориться с Брюсом Банди, он решил удрать с самыми ценными вещами из его коллекции, справедливо полагая, что такие, как Банди, скорее смирятся с пропажей, чем заявят об этом в полицию. Но Банди оказался слишком хитер. И, когда Рокленд полез на него с кулаками, он его отделал как следует. Но Рокленд должен был убраться отсюда в субботу, чтобы встретиться с Миндой.

— Интересно, что волновало его больше всего?

— Мне кажется, он должен был понять, что если Уолли Маклин сам найдет свою дочь, то он лишается возможности продать информацию и доставить ему девушку за оговоренную цену.

— Итак, мы имеем пробел в двадцать четыре часа, а в воскресенье — Бикс на горе с каким-то американцем. Вполне можно допустить, что это был Рокленд. Еще он должен был знать, как оттуда спуститься. Он мог это сделать после наступления темноты. Но к тому времени, когда он спустился в долину, уже должно было рассвести.

— Тогда у нас есть еще один пропуск до вторника, когда он угнал машину из гаража Банди.

Майер покачал головой.

— У нас слишком мало кусочков головоломки, чтобы мы могли хотя бы представить, скольких еще не хватает. Если Джерри Неста не заговорит, мы можем спокойно отправляться домой.

Не успел он закончить, как на нас с топотом и визгом налетели сестры из Гвадалахары, нагруженные покупками.

А где же Лита? Ах, она должна была навестить каких-то своих знакомых, кажется, друзей ее матери, долго откладывала, но наконец позвонила и они пригласили ее на ленч. Она предупредила Энелио, так что его сегодня тоже не будет.

После ленча Маргарита сказала:

— Майер, я хочу попросить тебя об одной громадной услуге, очень эгоистичной, и тебе она, наверное, покажется глупой. Я глупая. Ты можешь сказать «нет», ради бога.

— Я скажу «да». О’кей.

— Даже не зная, о чем я прошу?.. Помнишь, когда мы въезжали в Митлу, с правой стороны дороги я увидела потрясающую шаль и завопила, чтобы вы все на нее посмотрели? Так вот, на здешнем рынке нет шалей таких расцветок. Майер, я хочу ее купить. Я должна поехать в Митлу, иначе она исчезнет навсегда, и я никогда-никогда не найду такую же.

— Значит, мы все едем в Митлу. Верно, Трэвис? Никаких проблем, дорогие дамы.

— Только пожалста бес-с-с Елены, — сказала Елена, прикрывая кулачком широченный зевок. — Вы трое ехать. А я сидеть здесь, а потом идти спать.

— О’кей, — сказал я. — И бес-с-с Макги, если не возражаете.

Они не возражали и, после того как я сказал Майеру, что ключи от «фэлкона» лежат на моем бюро, отправились к отелю на такси.

— Просить тоже об одолжение. О’кей?

— Конечно, Елена.

— Можем немножко плавать в этот чудесный бассейн?

Я согласился. Она вышла и вскоре вернулась с маленькой голубой сумочкой с эмблемой какой-то авиакомпании, и мы взяли такси до отеля. Сначала она переоделась в нашем коттедже в узенькое бикини, представлявшее собой несколько рядов скрепленных между собой волнистых белых полосок, а когда я подошел к бассейну, она уже плавала, нацепив на голову купальную шапочку, украшенную гибкими пластиковыми маргаритками. Не считая нескольких мальчишек в дальнем конце бассейна, весь бассейн был в нашем распоряжении.