— Ну, братец. — сморщил нос Зархан и бросился к другой куче.

Марон собрался применить заклинание, способное поднять весь мусор в воздух, наверняка, Зархан обидится после такого, но что ж, кто на что учился. Только старик завершил черчение символов, как прозвучал голос Аён:

— Я! Я что-то нашла!

Она, увидев торчавшие пальцы из кучи, откинула гнилую мешковину, затем деревянную доску, покрытую плесенью.

Зархан тут же бросился на помощь.

Они вытащили из мусора Аполлона.

— Харсис… Братец, что случилось…

— Господин…

На теле панора не осталось живого места. Серая кожа была обожжена, в язвах, нарывах, которые при малейшем соприкосновении слезут вместе с кожей. Отсутствовала левая нога по колено, а вся спина была черна словно уголь. Сгорели волосы, ресницы. Лишь по зубам можно было признать в этом куске мяса Аполлона.

Марон хмурый, как никогда, не знал что и сказать. Возвращать из мёртвых он не умел. Очень жаль. Однако, несмотря на то, что старик мысленно сдался, Зархан и Аён сдаваться не собирались. Не сговариваясь, они наскоро откупорили зелья и принялись вливать в демона. В рот, по всему телу.

— Это не поможет. — тихо произнёс старик, убрав индикатор в походную сумку.

— Ты не знаешь братца. — зыркнул в его сторону Зархан серьёзным взглядом. — Он выбирался и не из такого дерьма. — и откупорил следующее зелье, разливая его по телу Аполлона.

— Господин, держитесь… — пыталась Аён не плакать. Сейчас было явно не до слёз.

— Унесём его. — вздохнул Марон. Он больше не мог смотреть, как зверочеловек и юная воровка изгаляются над телом юного демона. — Пока нас не застала стража или колпаки.

Зархан только молча кивнул и аккуратно взял тело друга на руки. Странно, Аполлон был таким лёгким. Видимо, во взрыве вся влага в его теле испарилась, ещё и отсутствовала нога. Наследник бросил взгляд на изуродованное лицо друга. Оно было ужасным. Но как бы страшно оно не выглядело, Зархан считал, что совсем не отражало сердце юного демона.

* * *

В город пришёл рассвет. На месте взрыва до сих пор дежурила группа стражников. Организация колпаков провела ускоренное расследованное, пытаясь по остаточным следам магии понять: что же произошло в доме Штрука? Только вот из-за взрыва мощной силы, уловить вышло лишь следы заклинания "божественной длани". Данный отчёт и читал сейчас Дариус, находясь в своей резиденции.

«Как же невовремя.»

Наместник с отсутствующим настроением читал отчёт, прикидывая в голове будущие последствия. Магистр стихии, в том числе преподаватель академии, а по совместительству и член коллегии магов, убит в своём доме, прямо во время королевского турнира, ещё и при нахождении паладинов в столице. Над Дариусом словно издевались, подбросив очередную занозу, и теперь он был озабочен не тем, чтобы броситься на поиски убийцы, а как использовать смерть магистра в свою пользу. Стоит ли сложить вину на паладинов? Ведь именно с ними недавно произошёл конфликт, при котором Штрук вступил в конфронтационную полемику, вступившись за Луизу. Равзе не причина? Кто знает что там в голове у советника ордена Илариона, может решил отомстить старику магу? А может это дело рук, и вовсе, премьер-министра Морриган?

Нет.

Дариус вполне трезво осознавал, что такое вряд ли возможно. Нападать на Штрука — мелкую сошку, принесёт больше проблем чем дивидендов. Поэтому ни Морриган, ни советник Иларион не причастны к данному инциденту. Но, как рычаг давления, это можно использовать в противостоянии с Харвусом. Обвинить Сент-Пьер в подготовке теракта на территории Нефердорса, что, в свою очередь, ведёт за собой нарушение многовекового пакта о ненападении во время королевских состязаний.