Когда я решил навестить пиратов с «Черной звезды», на Вларнии разразилась гроза. Словно сама природа сгустила напряжение, в котором пребывал весь Птичник. На улице на меня никто не обращал внимания, потому что практически все были одеты в плащи с капюшонами. Пока я добрался до «Норы минокка», я промок до нитки, но зато никем не узнанный проник в кантину вместе с другими пиратами в плащах, с которых стекали струи воды. Я подошел к двери в секретное помещение, и никто не стал меня останавливать. Уверенно и решительно набрав код, я прошел в запретную зону, использовав Силу всего на несколько секунд, чтобы заставить сидевших за столиками в общем зале пиратов забыть, что я прошел мимо них.

Я толкнул дверь, и она открылась. Роскошь, представшая перед моими глазами, ошеломила меня. Красные и золотистые световые панели заливали фойе, коридор и зал вдали мягким приглушенным светом. По обе стороны от входа были двери. Думаю, за ними были коридоры, ведущие в комнаты для отдыха в интимной обстановке. В воздухе висел запах спайса, а пять-шесть пиратов обоих полов, одетых в несоответствующие погоде слишком легкие наряды, разлеглись на помпезных диванах, предлагая входящим удовольствия весьма определенного рода.

Из зала в конце главного коридора доносились разочарованные крики и радостные восклицания – там вовсю играли в азартные игры. Справа от меня была стойка бара, коллекция которого поразила меня своей полнотой. Что и говорить, эти пираты знали толк в отдыхе.

Тут ко мне подскочил серебристый дроид серии 3ПО с одним глазом и, отвесив мне легкий поклон, протянул свои руки ко мне:

– Пожалуйста, сдайте оружие.

Я заметил, что небольшой закуток в фойе был отгорожен сеткой, за которой еще один дроид 3ПО раскладывал по полочкам оружие всех размеров и названий, какие только можно было себе представить.

– Нет, не сдам.

– Но я вынужден настаивать, – дроид склонил голову набок и гнусаво запричитал: – Согласно подписанному вами контракту о дружбе, а именно пункту тридцать пятому шестой главы…

Я не стал дослушивать – юридические тонкости всегда нагоняли на меня скуку, а просто активировал меч и одним ударом раскроил его на две половинки от головы до ног. Я перешагнул через две половинки дроида, искрившие проводкой, с удивлением заметив, что эта шалость доставила мне удовольствие, и обрушил удар меча на синтезатор напитков. Обернувшись на триста шестьдесят градусов, я навел меч на посетителей.

– Это последнее предупреждение. Расходитесь, только тихо, – и я поднес палец к губам.

Они молча кинулись прочь, а я шагнул в игорный зал. Пираты, поглощенные игрой в сабакк, меня проигнорировали, зато заметили те, кто собрался вокруг рулетки. Я обрушил на ее колесо свой серебристый клинок, и пока оно продолжало вертеться по инерции, прорезал глубокую борозду в его оси. Обод слетел со своего места и пронесся по столу, снося на пол фишки и жетоны со ставками, затем укатился на пол и попал под ноги родианцу, который нес поднос с напитками. Грохот, звон и крики игроков в рулетку слились в один протяжный «ба-а-а-ах!».

Теперь все обратили на меня внимание.

Я держал меч таким образом, чтобы его сияние еще больше затеняло мое лицо под капюшоном.

– Здесь вы больше не найдете убежища, – провозгласил я замогильным голосом. – Нет больше такого места, где вы могли бы уйти от рока. Злой рок спустился на Коуркрус, и если вы останетесь здесь, то можете ставить все свои деньги на собственную смерть.

Зловеще расхохотавшись, я пошел к выходу. Я распахнул дверь на улицу, и в зал хлынули косые струи дождя. Когда я вышел в ночную мглу, прогремел гром и вспыхнула молния (по крайней мере, это увидели почти все люди, в сознание которых мне удалось проникнуть), и я ушел из кантины.