Причина оказалась банальной — конкуренты. Мелкая фирмочка, оказывающая точно такие же услуги, как и мы. Но вот зарплаты у них были чуточку выше, а цены чуточку ниже, рекламы было чуточку больше, а серьезных дядек, что наезжали на стареньких уборщиц, оказалось намного больше. Одну бабульку столкнули с лестницы, другую уронили под колеса машины, так, что она едва не погибла.

Вот персонал и побежал, справедливо опасаясь за свою короткую жизнь. Что ж, эту проблему я понимал и решать принялся в свойственной мне манере.

Через пять дней офис фирмочки запылал. Его хозяйка, стеная, рыдала над его руинами, а охрана испуганно мычала в салонах двух газелей. Поломав мужиков, что не пощадили старух, мы выкинули их в лесу. Либо сами подохнут, либо волки съедят.

Проблема была решена, нужные внушения сделаны, но вот что касается персонала — его была катастрофическая нехватка. Люди пока шли к нам с опаской, медленно, и пришлось брать опять все в свои руки, а именно швабру и тряпку.

Нет, я не ханжа, и когда надо, вызываю уборку на дом, потому как чистоту я люблю. Правда, всегда стараюсь не присутствовать при этом процессе, потому как звук пылесоса вгоняет меня в тоску. Поэтому трудящихся в этой сфере безмерно уважаю, но сам в нее лезть согласен, только наблюдая издали.

Но не судьба или, наоборот, судьба, тут как посмотреть. В общем, пришел элитный заказ — большой двухэтажный особняк, владелица которого решила оценить нашу работу. И если ей понравится, нас ждал большой контракт на обслуживание кучи ее фирм и пары ресторанов. Как назло, именно в этот момент силы уборщиц были распылены, и мне пришлось в компании двух профессионалок весьма преклонного возраста ехать на срочный вызов.

Дом впечатлял, как и объем работ. Его хозяйка ненамного младше моей маман состроила мне глазки и ненавязчиво намекнула, что уборку в спальне стоит делать в ее присутствии и желательно мне, потому как там нужна крепкая мужская сила. Я сразу понял, что в спальню я не пойду, даже если меня туда на тросе потащат. Однако вежливо кивнул — клиент всегда прав. И мы дружной, семенящей толпой направились смотреть, планировать и превозмогать.

Пока бабки обсуждали какого-то Диму — наркомана, тунеядца, что носа не кажет из квартиры, — я переоделся в более удобную одежду, решив, что тягать-таскать вполне могу я, а мыть-стирать — это пусть бабульки делают.

Хозяйка, приветливо махнув задницей, поднялась на второй этаж, где, судя по всему, и находилась ее опочивальня, а мы приступили к работе.

Я старался, честно. Бегал, таскал, переставлял. Добровольно менял воду и даже… Даже протер пыль! Легкий ветерок тревоги коснулся моей задницы, когда мы, оставив бабку номер один мыть кухню, отправились с бабкой номер два наверх. Я будто снова оказался на войне и моя чуйка выла, явно сигнализируя о приближающемся конце.

Бросив опасливый взгляд в сторону хозяйской спальни, я под ехидный смешок моей работницы отправился в ванную. Царство фаянса и керамики встретило меня ослепительной белизной. Оглядевшись, я совершенно не понял, что тут надо мыть, но решил все же пройтись влажной тряпкой по интимным местам сего помещения.

Раз — я щедро наливаю моющее средство на губку, и часть его проливается на пол.

Два — я тянусь к раковине, чтобы поставить на нее бутыль с адской смесью.

Три — делаю шаг, и моя нога попадает на разлитую жидкость.

Четыре — она поехала, и я вместе с ней. Попытка за что-нибудь схватиться провалилась. Руки нелепо замахали в поисках опоры, но, увы, было пусто.

Пять — я вижу, как пол и потолок поменялись местами, моя голова ударилась обо что-то твердое, а потом бац — и я вишу, висю… ну, или парю над собой.

Вот так нелепо я погиб, убившись об угол унитаза. Нет бы как все нормальные попаданцы, погибнуть под колесами грузовика или быть зарезанным в сортире своей любовницей.