— Ну… вряд ли тебе ее имя что-то скажет. — Щеки гномки сильно покраснели. — Просто… мой кумир. И вообще, ты это серьезно? Я не люблю дурных шуток!

— А кто любит? — Я сразу понял, что она не о плакате. — По твоему, я похож на шута?

— Нет. — У меня не получилось смутить ее грозным рыком, что пошло в плюс. — Просто… думаю, ты знаешь о моей ситуации.

— У меня тоже натянутые отношения с эльфами, ты и сама должна была догадаться.

— По твоему гарему и не скажешь, — фыркнула гномка. Я поднял руку, и она послушно замолчала, более не перебивая.

— Не буду скрывать, у меня очень нестандартное видение и задумка, большинство банально не согласится. Думаю, ты бы тоже отказалась, не будь твое положение столь плачевно.

— Умеешь ты утешить, — закатила она глаза, когда я замолк, чтобы глотнуть чая. — То есть там такая работа, что согласятся на нее из-за полного отчаяния?

— Напротив! — преувеличенно бодро ответил ей. — Она подразумевает полную творческую свободу. Можешь клеймить эльфов на чем свет стоит, я их не боюсь. И когда мы раскрутимся, ты будешь получать достойную зарплату. Сможешь сделать ремонт или купить новый дом.

— Звучит слишком сладко, давай уже подвох размером с тролля!

— Тебе может не понравиться идея. Газета превратится в журнал с глянцевыми страницами. Там будут интересные статьи, но основная направленность другая — откровенные фотографии девушек.

— Ты сдурел? — вздохнула Нелли. — И кто, по-твоему, будет читать мои статьи? Или решил сделать меня моделью на потеху остальным?

Окинул ее оценивающим взглядом. А ведь и впрямь хороша, хоть сейчас на обложку ставь. Гномка явно уловила мои мысли и явно собралась выставить меня вон, но мои следующие слова буквально приморозили ее к стулу.

— Возможно, позже. В ближайших выпусках основной темой станут эльфийки.

Гномка замерла. Медленно поставила свою чашку, так же медленно моргнула и затем внезапно потянулась ко мне и приложила горячую ладонь ко лбу.

— Жара вроде нет… ты с ума сошел⁈

— А почему нет? Я провел некоторые исследования — таких журналов банально не существует. Будем первыми, соберем все сливки! — широко улыбнулся ей. — Представь, какие это деньги и популярность!

— К тебе выстроится очередь из желающих бросить вызов на дуэль!

— Все разборки я беру на себя. Никогда не боялся и не бегал от битвы и не собираюсь начинать сейчас. — Я скрестил руки, напустив на себя уверенный вид. — Так что, ты в деле?

Следовало отдать гномке должное — она не согласилась сразу. Как следует все обдумала, взвешивая положительные (деньги, творческая свобода, возможность щелкнуть надменных эльфов по носу) и отрицательные (смертельная опасность, конец остатков репутации) стороны. Благоразумие победило.

— Конечно! Но сначала я хочу знать, сколько мне будут платить!

Торги оказались самой сложной частью. У меня оставалось не так много свободных денег, большая часть средств ушла на закупку товаров для магазинов одежды. Нелли справедливо опасалась, что меня прирежут во сне или убьют на дуэли, так что хотела подстелить соломку. В итоге пришлось звонить Генриху и выяснять, сколько вообще платят журналистам и редакторам. Гоблин вежливо попросил передать трубку гномке, проскрипел ей несколько фраз, и она сразу умерила аппетиты. Расставались мы не слишком довольные друг другом, но хотя бы заключили сделку. Я сказал Нелли приходить в воскресенье с камерой, чтобы мы наделали фото для пилотного выпуска.

— Поверить не могу, что нашлась эльфийка, согласная сняться для такого журнала! Если это все розыгрыш, я о тебе такую статью напишу — вовек не отмоешься! — заявила она на прощание, захлопнув дверь.