— Вы считаете, что жизни русских важнее чем иностранцев? — удивилась эльфийка.

— Разумеется! Это нормальная политика для любого государства. Вы считаете иначе? — с иронией поинтересовался у нее, вызвав несколько смешков. Она покраснела и начала заинтересованно рассматривать столешницу. Я решил не обострять и продолжил: — Демоны хитры. Демоны коварны. Демоны честны. Если вы заключили сделку, он ее исполнит. Для них очень важно поддерживать репутацию, иначе с ними перестанут договариваться. Успешная торговля — ключ ко всему.

— Как же призывать их, если не пентаграммами? — спросил кто-то с задних рядов.

— Если демон заинтересован, достаточно усилия воли. И я не говорил, что пентаграммы не нужны. Почему бы нам не провести практическое занятие? Есть желающие начертить простейшую пентаграмму призыва по памяти?

Студенты озадаченно переглядывались. Никому не хотелось рисковать и выставлять себя в дурном свете. Поэтому, когда внезапно для всех руку поднял Вороновский, многие не скрывали облегчения и надменного сарказма. Пришлось прикрикнуть на них и заставить сдвинуть столы и стулья к стене. Аристократические сынки не очень хотели работать и пытались спихнуть все на простолюдинов, так я им отдельное внушение сделал, мол, в борьбе с демонами равны все.

Получив достаточно свободного пространства в центре, я торжественно вручил покачивающемуся Вороновскому мел. Приблизительно минуту он стоял с закрытыми глазами, после чего решительно присел и начал чертить круг с пятиконечной звездой в центре, не забыл и про сдерживающие символы. Я хорошо помнил схему и не заметил ошибок, но на всякий вывел ее на экран и предложил другим студентам сравнить. Они тоже не нашли поводов для придирок.

— Молодец, — похвалил довольного товарища. — Теперь я продемонстрирую вам, как проводить быстрые призывы без сложных ритуалов.

Вот здесь, конечно, я мог сильно накосячить, ведь весь мой опыт заключался во взаимодействии с Барбатосом. Но мой собственный дар и небольшой опыт подсказывали — все будет нормально! Схемы из учебников устарели на двести лет и, если в сети не врали, на один успешный призыв приходилось двадцать неудачных.

Я встал на краю пентаграммы и прикрыл глаза. Почти сразу поймал то чувство, когда преобразовывал собственную ярость в понимание, как именно нужно действовать. Представил себе адскую гончую, посадил ее на незримый поводок и приказал явиться передо мной. Алая вспышка обожгла глаза прямо через веки, жутко завоняло тухлыми яйцами.

— Гр-р-р-р! — Призванный низший демон яростно клацал зубами, пытаясь вырваться из пентаграммы. Все сразу заметили, что он опасался поворачиваться в мою сторону. Ну еще бы, я же запретил ему причинять мне вред.

Я бесстрашно схватил адского песика за хвост и поднял над собой. Несколько раз попытавшись вырваться (сильный, зараза!) он повис и обиженно заскулил.

— У низших демонов отсутствует разум, одни инстинкты. При каждом призыве происходит поединок вашей воли. Из плюсов такого метода — все очень просто, кто сильнее, тот и прав. Главный минус — если он победит, то сожрет вас.

Вернул его на место и сделал несколько шагов наружу. Гончая озадаченно присела и почесала себя за ухом.

— А теперь зачем, собственно, нужны пентаграммы. Пока в ней есть сила, демону не вырваться, даже если вы атакуете его. Кто-то хочет попытаться?

Вот теперь я увидел так называемый лес рук. Ну да, дело-то несложное, можно и рискнуть, когда твоей жизни ничего не угрожает. Я снова вызвал Вороновского. Обретший уверенность в себе юноша гордо расправил плечи и без всяких прелюдий метнул в морду гончей огненный шар.