— Слушай, а у тебя других клиентов нет? — подозрительно прищурился. — Чего ты со мной возишься по первому звонку?

— Есть, конечно! Куча. Я их на сыновей спихнул, сам берусь только за интересные случаи. Ты первый орк, которому понадобился юрист не из его расы, уникум! Я тебе и скидку сделал дружественную, чтобы не сбежал сразу. — Он странно улыбнулся и потянулся к чайнику. — Пока что ты меня не разочаровываешь. Нарушение дворянином слова чести — огромная редкость.

— Британцы экстрадируют его к нам? Нет? Тогда в этой чести мало смысла. — Тяжело вздохнул и переключился на следующую страницу. Прочитал. Не понял. Перечитал. Посмотрел на гоблина с поднятыми бровями. — Говоришь, после такого меня решили не допрашивать?

— Вот именно! — с довольным видом обожравшегося шоколада ребенка кивнул Генрих. — Попрошу мой гонорар!

Со вздохом отсчитал ему десять тысяч и повернул ноутбук к изнывающей от любопытства Мине и зашедшей на кухню Кире. Девушки одновременно прочитали предоставленную источником Генриха информацию и так же одновременно возмутились.

В последний раз эльфа видели на городской стене. Он пришел из леса, откуда перестал отвечать приграничный пост, убил всех стражников, сломал ворота и применил неизвестный артефакт. Тот испускал звуковые волны на определенной частоте и привлек к себе всех лапокрылов в радиусе двухсот километров. Зря я плохо думал о местном гарнизоне, против такой диверсии у них не было шансов.

— И его серьезно не экстрадируют после такого? — неверяще уставился на Генриха. — Это же терроризм чистой воды!

— У нас довольно натянутые отношения с британцами. Скорее всего, они заявят, что мы все придумали или неправильно поняли, гребаные эльфишки, — тяжело вздохнул гоблин. — Не переживай! Уверен, император этого так не оставит и поручит дело тайной полиции. Возможно, они пригласят нас на его казнь.

— Нас? Ты-то здесь при чем? Он сбежал с моими деньгами!

— Я ведь твой законный представитель! — возмущенно ответил гоблин. — И вообще, слушай внимательно. От полиции я отбился, но у тебя все равно проблемы. Многие считают, что именно ты во всем виноват. Спровоцировал аристократа и вынудил его пойти на крайние меры.

— Невозможно продать почти всю собственность за несколько часов и изобрести артефакт приманиватель чудовищ без долгой подготовки, — покачал я головой. — Он планировал провернуть все заранее, а я лишь заставил его раскрыть карты раньше времени.

— Это понимают те, кто умеет думать. Таких, увы, меньшинство. И им удобнее присоединиться к большинству и найти козла отпущения. — Генрих убрал ноутбук, с кряхтением слез со стула и приподнял шляпу. — Послушай мой совет, Рорк. Сиди дома и не отсвечивай. Я соберу все, что осталось, и попробую признать сделки по продаже незаконными. Позвоню, как появятся новости.

Я проводил гоблина и вернулся за стол. Закрыл глаза, тяжело вздохнул и помассировал виски. Ярость до конца не ушла, требовалось время, чтобы успокоиться.

На мои плечи неожиданно легли нежные, но крепкие руки, разминая затекшие мышцы. Пока Мина делала шикарный массаж, Кираниэль поставила передо мной тарелку с целой горой поджаренных сэндвичей с сыром и ветчиной. Получить такое блюдо от эльфийки казалось довольно странным, с другой стороны, я до сих пор ничего не знаю об этом мире. И раз выдалось свободное время, будем устранять пробелы! Только выпроводим отсюда ушастую.

Сказать оказалось гораздо легче, чем сделать. Кираниэль наотрез отказалась возвращаться в лавку, несмотря на сообщение о полной зачистке города, мол, ей страшно. Там и полицейские злые, и имперские гвардейцы, и бандиты всякие могут попасться. Куда уж там честной невинной девушке ходить одной по улицам? В общем, как могла набивалась в гости.