— Платон, — сказала я. Посреди комнаты мгновенно вырос платан. Даннидакс не повезло, и она оказалась на самой верхушке.

— Издеваешься? — прошипела она.

— Ничего подобного! — оскорбилась я. — Я не виновата! Сократ!

Дерево моментально уменьшилось до размеров одуванчика, и Даннидакс приложилась задом об пол.

— Хватит, пожалуй, — выдавила она, выдирая из своего обширного основания занозы. — Завтра продолжим. Надо подготовиться получше…

— А можно вопросик? — заканючила я.

— Ну?

— Почему вас южные гномы слушаются, а северные — нет?

— Издеваешься? — нахмурилась Даннидакс.

— Ни в коем разе! — заверила я. — Просто любопытно!

— Я сама гномиха! — приосанилась Даннидакс. — Из южных! А северные гномы — это не гномы вовсе, а всякое отребье! Никакого с ними сладу!

— А зачем вам их покорять? — поинтересовалась я.

— У них приисков золотых много! — осклабилась ведьма. — А делиться по-хорошему не хотят!

— А бестактный вопрос можно? — осмелела я.

— Ну?

— Почему вы так эльфов не любите?

Даннидакс зашипела, как кобра, и затопала ногами, как рассерженный носорог. Физиономия её стала густо-багровой, я даже испугалась — не хватил бы колдунью удар.

— Эти выскочки! — заорала она. — Эти гадюки древесные!

Я прикусила губу, чтобы не хихикать.

— Эти обезьяны несчастные! — продолжала Даннидакс. — Чтоб им всем провалиться!

— Это эмоции, — сказала я. — А более конкретно?

Даннидакс внезапно успокоилась.

— Правда не знаешь? — спросила она.

— Я ж не местная, — напомнила я.

— Тогда слушай. — Даннидакс смачно чихнула, вытерла нос рукавом и начала: — Мы, гномы, когда-то умели делать прекрасное оружие. Знаешь, мечи там заговоренные, кинжалы невидимые… Ну вот. А эти эльфы только цветочки нюхали! Однако ж наконечники для стрел они у нас покупали. А потом люди пришли. Вот тогда-то мы и развернулись! Торговля шла! — Даннидакс мечтательно зажмурилась. — А эльфам, понятно, не понравилось, что мы с людьми близко сошлись. И начали они нам козни строить…

— А зачем? — перебила я.

— Как зачем? — удивилась гномиха. — Им же нужно быть самыми лучшими, чтоб ими восхищались, любовались… А тут — люди на них ноль внимания, да ещё и деревья рубить начали. Ну вот… И тогда эльфы возьми да и заяви, что мы у них одну драгоценность сперли. Вот. Ну, люди к нам по-хорошему пришли, разобраться по понятиям… им наши ссоры тоже боком могли выйти… А эти ушастые заявили, что без обыска не уйдут! И нашли у нас этот свой кристалл…

— Что, и впрямь вы спёрли? — поддела я.

— Не, — Даннидакс отрицательно мотнула головой, но по её бегающим глазкам я поняла, что дело нечисто. — Подбросили! Тут, значит, люди к нам с опаской стали относиться. А эльфы, как что-нибудь пропадет, на нас кивают. Сами ведь хороши были! Кто Перстень Дорогана у людишек увел? Так и не нашли его потом…

— А чего это за перстень? — поинтересовалась я.

— У-у! — Даннидакс мечтательно посмотрела в потолок. — Он клады искать помогает… Только эльфам клады ни к чему.