Вот эта статья появилась. Она вялая. Она не является сенсацией, она появилась в таком идеологическом отстойнике (пусть меня простят друзья из «Известий»), как газета «Известия». Это не то место, как, скажем, броненосец «Красный Октябрь», когда вышел товарищ Сталин и произнес свою речь предвоенную. Это место пустое, оно какое-то вялое, оно посыпано перхотью. Поэтому мне кажется, что в войне нервов, дизайнов, эстетики Путин проигрывает, и это очень опасно, потому что в информационных войнах важно время. Тот, кто захватил время, временной ресурс, тот победил. Опоздавший проигрывает — ему приходится перелопачивать гораздо больше.

О. Журавлёва: — Ну, вы уже в прошлой передаче говорили, что советская пропаганда всегда опаздывала на несколько дней и ее всегда побеждали.

А. Проханов: — Я думаю, что кремлевская пропаганда, и советская в том числе, проигрывали. Но статья Путина, повторяю, унылая, она не является интеллектуальным блеском. Там есть раздел, который меня зацепил. Это международный раздел. Там, где он достаточно, повторяю, вяло и скучно говорит о международных делах. Квинтэссенция такова: Путин говорит о том, что западная модель экономическая и философская конченные, они проиграли, что Америка… (это я не цитирую Путина)…Америка виновата в катастрофе экономической, идеологической, что Россия не должна копировать эту экономическую модель, и она, Россия, должна в условиях кризиса не экономики, а кризиса модели постараться выбраться и создать собственную экономическую модель. Я не цитирую. Но этот момент путинской речи показался мне очень важным.

То есть, если или когда Путин станет президентом страны, он не будет вклеиваться вот в этот американизм. В каком-то смысле эта статья является продолжением мюнхенской речи. Она, эта статья, думаю, через увеличительные стекла изучается в посольствах, изучается в Госдепе. И те, кто ее изучает, говорят: «Да, Путин — это не подарок для Запада и для Америки», Путин будет реализовывать другую, не госдеповскую позицию.

О. Журавлёва: — Я прошу прощения, Александр Андреевич, вы в этом видите, что Путин нашел некий новый ход и предлагает его нам?

А. Проханов: — Я вижу в этом то, что Путин, если он популист, он апеллирует к общественному антиамериканскому сознанию.

О. Журавлёва: — Ну, это хорошая карта, всегда работает.

А. Проханов: — Если он популист. Но если он был бы популист, он сделал бы ярче. Он сделал это уныло. Мне кажется, что он сам находится в растерянности. Он ждет волны экономического кризиса. Идет цунами. Идет цунами экономического кризиса. И как бы ни говорили, что у нас все прекрасно и восхитительно, Путин станет президентом (если он станет) в период, когда на Россию хлынет этот град, этот удар.

О. Журавлёва: — Он справится, как вам кажется?

А. Проханов: — Я думаю, что Саркози не справится. И Греция не справится. И Штаты не справятся. То есть они залезут еще больше в долги. Экономическая модель западная не справится. И крах экономической модели, которую предложили России после 1991 года, он будет здесь очень ощутим. И Путин заранее хочет сбросить с себя вину за то, что является адептом Чубайса, Кудрина и всей этой галиматьи чудовищной либеральной. Но, повторяю, или это популизм, в чем я сомневаюсь, либо это готовность к удару. Если это так, то нас ждут очень интересные времена. Нас не ждут времена политических реформ, нас не ждут времена, когда мы будем дебатировать, избирать губернаторов или не избирать, будет ли у нас 12 миллионов партий или три правящие партии. Я думаю, что нас ждет мобилизационный проект.