|
— Я не хочу… — Валери вдруг с удивлением поняла, что на самом деле, напротив, — хочет, и даже очень и очень хочет! И вскоре она уже бормотала Стивену, как сильно хочет… как сильно она хочет его, его всего, глубоко, глубоко внутри себя, как хочет, чтобы он продолжал двигаться вот так, как сейчас, сливаясь с ней в каждом мощном проникновении в то особое волшебное место, которое она открыла совсем недавно и которое сейчас испытывало такую отчаянную жажду, что только Стивен мог утолить ее.
Когда она выкрикнула его имя, он достиг наивысшей точки. Валери с головокружением ощутила это легкое, но многозначительное биение, и чувство наслаждения окутало ее. Стивен осторожно поправил одеяло, укрывавшее спящую Валери. Он уже собрал и аккуратно сложил ее разбросанную одежду, а затем оделся сам, и теперь наступала пора предстать перед самой Валери, когда она проснется и поймет, что он не оправдал доверия, которое она ему оказала. Стивен не питал иллюзий. Сила ее сексуальной реакции на него объясняется лишь тем, что девушка наконец открыла в себе женщину, а вовсе не означает, что Валери хочет именно его. Ведь она утверждает, что влюблена в Роберта. Было бы так просто, лежа в сладостной истоме после их близости, убедить Валери в том, что она неравнодушна к нему, любит его и именно поэтому он вызвал у нее такую страсть. Видит Бог, скольких усилий ему стоило побороть это жестокое искушение! Но нет, он не может лишить Валери права на собственный сексуальный опыт и собственные эмоции. Любить ее означало для Стивена не только физическое влечение. Он должен позволить ей быть самостоятельной и самой сделать свой выбор. Но пройдет много времени — чертовски много времени, если не вечность, — прежде чем он сможет вычеркнуть из памяти ее сладкий аромат, ее тепло и мягкость, ее порывы страсти, ее близость… Много времени? Ну и что ж? Он никогда этого не забудет. Никогда! Стивен в последний раз с нежностью и трепетом взглянул на спящую и вышел из комнаты. — Вэл, у тебя все в порядке? Валери вздрогнула, а затем покраснела, озабоченно прикусив верхнюю губу. Избегая доброго, встревоженного взгляда Лесли, она соврала: — Да! Да, все прекрасно! — Ты не забыла, что Стивен ждет тебя сегодня утром? — спросил Майкл и со значением добавил: — Когда он недавно звонил, то сказал, что ему очень важно повидаться с тобой. — Нет, я не забыла, — глухо ответила Валери. Забыла?! Как она могла, если… Но сейчас нельзя и думать, почему и что именно она не могла забыть. Нет, только не теперь, когда выражение ее глаз и предательский румянец могут явственно поведать проницательному взгляду невестки истинные ее мысли. Она пробудилась от глубочайшего сна, которого не знала уже долгое время, только поздно вечером, когда ее семья вернулась домой, и первым делом, все еще сонная и плохо ориентирующаяся, повернулась к тому месту на постели, где лежал Стивен, обнимая ее в истоме после… после того, что случилось. Но Стивена, конечно же, уже не было… Валери тогда окончательно проснулась, мысли и чувства, сменяя друг друга, понеслись с калейдоскопической быстротой. Она попыталась восстановить не только то, что делала, но и что говорила. И по мере того, как все яснее становились ее воспоминания, она все больше краснела. Она вспомнила, как просила Стивена прикоснуться к ней, обнять ее и, что ужаснее всего, молила его о… Но гораздо важнее было восстановить то, что она чувствовала и почему. Разумеется, не простая смена привычного белья на что-то более соблазнительное и чувственное произвела в ней столь разительные перемены и заставила ее вести себя так, как она вела. И с кем же — со Стивеном! Даже с Робертом она никогда… Валери судорожно сглотнула, почувствовав тошнотворное ощущение в желудке, и услышала заботливый вопрос Лесли: — Ты уверена, что с тобой все в порядке? Ты кажешься такой бледной… — Я… Меня немного тошнит, — вынуждена была признать Валери, а затем неловко добавила: — Должно быть, рыбный пирог, который я ела за ужином… Теперь уже Лесли нахмурилась по-настоящему. |
