Все, что говорила Инесс, отчасти можно назвать правдой; и вместе с тем у Клары есть множество других причин любить Франсуа. Они прекрасно дополняют друг друга. Он мягкий, рассудительный, погруженный в себя; она же, наоборот, порывистая, бескомпромиссная, творческая личность. С самого начала их отношений Франсуа смог стать для нее защитником, утешать и успокаивать. Клара очень переживала потерю отца, который воспитывал ее с шестилетнего возраста, когда его жена, мать Клары, внезапно погибла в автокатастрофе.

Иногда девушке казалось, что Франсуа читает ее мысли и выполняет желания еще до того, как она успевала их высказать. Это ее вдохновляло, но в то же время вызывало определенный страх. Тем не менее она постоянно чувствовала поддержку, и это давало ей силы готовиться на степень магистра сразу по двум специальностям – история искусств и филология. Целью Клары было посвятить себя тому призванию, которое занимало ее мысли, тому, о котором случайно догадался Амелен.

Писать. Заниматься литературой.

– Когда двое доверяют друг другу, это не так уж и сложно, – отозвалась Клара.

– Мой рекорд верности составил три недели, – шутливо произнесла Инесс, которая на этот раз приняла сторону Луи. – Как правило, после двух ночей на моем календаре начинается обратный отсчет.

– Не беспокойся, – утешила ее Клара. – В конце концов и к тебе тоже придет большая любовь.

Инесс состроила скептическую мину, но тут внимание молодых людей привлек звук автомобильного гудка, раздавшийся совсем рядом с террасой. Все трое разом обернулись. Едва Клара узнала нетерпеливого автомобилиста, лицо ее тотчас просияло:

– Это Франсуа!

– Ну конечно, о ком же еще может идти речь!

Не обратив внимания на скучающе-ироничный тон Инесс, Клара положила на стол купюру и, поспешно встав из-за стола, устремилась к своему другу, чтобы скорее поцеловать его.

– Я должна идти! До завтра, Инесс! Пока, Луи!

– Hasta manana, senorita!

Инесс и Луи проводили взглядом Клару. Девушка забралась в машину, затормозившую прямо перед ней.

– Послушай, брось ты это дело, – тихонько пробормотала Инесс, будто обращаясь к самой себе.

– Что ты говоришь? Повтори, я ничего не слышу!

– Ay, perdona!

Чилийская студентка улыбнулась немного раздосадованному молодому человеку. Тот в конце концов успокоился и одним глотком допил свое пиво.

– Неужели тебя сегодня отпустили так рано? – удивилась девушка.

Было около пяти вечера. Обычно Франсуа возвращался намного позже из частной клиники, находящейся где-то в западном пригороде Бордо.

– Сегодня у нас не абы какой день! – ответил он, подхватывая с заднего сиденья огромный букет красных роз и протягивая его Кларе.

Та взяла цветы без единого слова.

– Тебе это не доставляет удовольствия?

– Напротив, – ответила девушка, слегка покраснев. – Но я не понимаю…

– Так сегодня же двадцать девятое февраля.

– И что из этого?

– Ну… Такое случается всего лишь раз в четыре года. Разве это не повод для праздника? К тому же это день, когда мы с тобой встретились.

– Ты же знаешь, я плохо запоминаю даты.

«Неуловимый день для невероятной встречи», – как сказала она тогда Франсуа. Ну, разумеется, «идеальный мужчина» ни за что не забыл бы дату, послужившую началом их истории. Он сказал, что уже приготовил ужин на двоих. Для них такой сценарий был гораздо более сокровенным, чем приглашение в ресторан.

– Согласна, – кивнула Клара. – Но сперва мы пойдем…

– …в Музей изящных искусств?

– Ты же знаешь, я терпеть не могу, когда ты читаешь мои мысли, – притворно сердитым тоном заявила молодая женщина.