КУПИЛ.

Как машину. Как кухонную технику.

И относится к ней именно как к приобретенному имуществу.

Но она-то с этим не согласна!

– Потому что ты кричишь! И твой крик меня раздражает! В моем доме не принято столь бурно выражать эмоции!

– Да мне плевать…

Зоя заерзала, пытаясь отодвинуться от мрасса.

Это было ошибкой.

Роковой.

Она сразу почувствовала изменения, произошедшие с мужчиной.

Более того, она почувствовала его возбуждение.

Эрегированный член уперся в бедро.

Губы мужчины дрогнули в циничной ухмылке.

– Что же ты замерла, замолчала? Продолжай! Мне даже становится интересно! – И он выразительным жестом, не оставляющим сомнений в дальнейших действиях, повел бедрами.

– Вы меня изнасилуете? – выдохнула Зоя, приготовившись бороться до конца.

Она больше не будет жертвой…

– Думаю об этом, – последовал бескомпромиссный ответ.

– Я буду сопротивляться, – голос упал до шепота.

Где были ее мозги, когда она ворвалась в его спальню в нижнем белье?

– Это будет даже интересно.

– Вы не посмеете…

– Проверишь?

– Не надо, – буркнула Зоя. Она готова унизиться, лишь бы ее не тронули.

– А что? Куда подевалась твоя смелость? – темные глаза прищурились и пытливо уставились в лицо девушки.

– Испарилась. Отпустите меня.

– Не хочу.

– Вам доставит удовольствие насилие?

– Пока не знаю. Зато тебя на место поставлю, ширас.

Последнее слово особенно резануло слух Зои. В его устах оно звучало как оскорбление. Унижение.

– Не надо. Уже поставили.

– Сомнительное заявление, судя по твоему неуравновешенному поведению, – он продолжал исследовать ее лицо.

И все бы ничего, почти терпимо, если бы он не поднял руку и не коснулся щеки.

Зоя дернулась, зашипев, как разгневанная кошка.

А мрасс выругался.

Уравновешенный, привыкший тщательно скрывать эмоции мрасс.

Он прищурился, потом резко схватил Зою за подбородок и приподнял голову. Заглянул в глаза.

– Сколько ты пробыла в центре после пробуждения? – прорычал он, не размыкая губ.

Зоя испугалась. По-настоящему. Этот новый мужчина ей не понравился еще больше. Он был опасен. Его огромное тело заслонило свет, пробивающийся сквозь жалюзи, и Зою затошнило.

Знакомая реакция.

Реакция, которая, как она свято верила, никогда больше не проявится.

Проявилась.

Зоя часто задышала и ответила как можно быстрее:

– Недели две… Не знаю точно…

Мрасс жестче сжал пальцы на подбородке.

– Ты не в состоянии подсчитать дни?

Его пытливые глаза, сжатые губы, жестокие слова сделали свое дело.

– Я была в шоке! – сорвалась Зоя на крик и попыталась оттолкнуть мужчину. Безрезультатно. – Вы знаете, что такое шок? Вы хотя бы можете себе представить, каково это – проснуться в чужом месте, у чужих людей тысячелетие спустя?!

– Ты сама выбрала такую жизнь! Оплатила криосон, как и другие богатые сучки.

– Нет! – Слезы градом покатились из глаз Зои, а саму ее затрясло. Липкая, противная паника запустила мерзкие щупальца в сердце. – Я ничего не оплачивала! Ничего! Я не хотела погружаться в криосон! Меня устраивала старость в моем мире!

– Врешь! – Длинные пальцы оставляли синяки на подбородке.