К счастью, он сказал, что я ему достаточно понравилась, чтобы позволить мне расплатиться в рассрочку. Очевидно, выгодно нравиться одному из многочисленных мужиков своей сестры. Вначале долг был в двадцать тысяч долларов, а теперь он снизился до десяти. Полпути пройдено. Я должна гордиться собой, но это не так. Я просто чувствую усталость и хочу уже покончить со всем этим.

С важным видом иду в приватную кабинку, ненавидя больше всего эту часть ночи. Отстойно, что эта часть чаще всего приносит мне больше денег. Играет «Hypnotize» Джемини, когда я танцую для джентльмена в костюме. Он, наверное, пришел сюда прямо с работы. Шагаю ближе к нему, приспуская лямки своего кукольного платьица. Он притягивает меня ближе, пытаясь усадить на свои колени.

– Никаких прикосновений, – говорю ему, мой тон резок.

– Ой, да ладно, я сделаю это стоящим для тебя, – бормочет он невнятно, его взгляд жадно впивается в мою грудь.

Неважно как много он предложит мне, я никогда не пересеку эту черту. Качаю головой.

– Никаких прикосновений, – повторяю, приподнимая свою бровь.

Он поднимает руки в притворной капитуляции, а потом говорит, чтобы я повернулась и продолжила танцевать. Я так и делаю, как и говорила, – ненавижу каждую секунду этого. Наконец, песня заканчивается, и я облегченно выдыхаю. Тем не менее, когда он встает, то прижимает меня к стене, его твердость трется по моей заднице.

– Что у нас тут, – распевает он.

Я ударяю его локтем в живот, а потом высовываю голову за дверь, сигнализируя вышибале. Он быстро подходит, и я рассказываю, что произошло. Он хватает мужика и сопровождает его на выход. Я прислоняюсь спиной к стене, тяжело дышу, а пульс зашкаливает.

Мда, не могу дождаться, когда распрощаюсь со «Сноу» навсегда.

***

– Как долго ты собираешься игнорировать меня? – спрашивает Грейсон рядом со мной, он звучит раздраженно. Я сижу на своем месте для ланча. Прошла неделя с нашего последнего нормального разговора, но не с отсутствия его попыток. Он отправлял мне три букета цветов, заезжал с едой и провожал до дома после занятий. Я не произнесла больше нескольких предложений – в основном «нет, спасибо» и «почему ты все еще здесь?». Он действительно все усложняет. Я хотела его простить много раз, но по какой–то причине, я не хочу допускать этого. Будет проще в дальнейшем, если мы покончим с этим – чтобы там между нами ни было. Я пожимаю плечами на его вопрос и смотрю прямо перед собой. – Как долго ты ждешь, что я буду гоняться за тобой, Пэрис?

Прикусываю нижнюю губу.

– Я не жду, что ты будешь делать что–то.

– Значит, тебе будет наплевать, если я пойду на свидание с другой женщиной? – спрашивает он, его голос слегка напряжен. Сама мысль причиняет мне физическую боль, но я не покажу ему никакой слабины. Если он хочет сделать это, тогда удачи. Это означает, что он в любом случае не предназначен мне.

– Ты можешь делать все, что захочешь, Грейсон, – говорю я безэмоционально.

Он матерится.

– Все потому, что я уехал на несколько дней, и ничего не сказал тебе? Я должен был отчитаться тебе или еще что? – выплевывает он.

Вау. Ошеломленная, перевожу взгляд на него.

– Все не так, и ты знаешь об этом, – скрежещу я, моя челюсть сжата. – Но если ты собираешься вести себя, как мудак, то, пожалуйста, просто уйди.

– Ну, ты не позволяешь мне говорить с тобой об этом, и поэтому я не могу объясниться, – произносит он, выглядя расстроенно.