Я переехала в крошечную однокомнатную квартирку, поступила в универ, и работала в супермаркете, сводя концы с концами. С деньгами действительно было туго, и я оказалась в бедственном положении. Я познакомилась с парнем в универе, и мы начали встречаться. Все шло замечательно, пока не испортилось. Марк превратился в полного мудака. Я хотела закончить образование, чтобы устроится на хорошую работу, и отчаянно нуждалась в дополнительных деньгах. «Яд» – хорошо известный стриптиз–клуб с несколькими разными месторасположениями. «Ядовитые девушки» известны своей красотой, сложением и талантом. Они не брали кого попало на работу в клуб, и я просто указываю на факты, будучи не эгоистичной. С моими длинными, светлыми волосами, большими голубыми глазами и пятым размером груди, давайте просто скажем, они приняли меня с распростертыми объятьями. Когда Броуди узнал, где я работала, он отрекся от меня. Он сказал, что больше никогда не хочет меня видеть. Уверена, что это Элизабет заставила его, но в любом случае, я сделала так, как он хотел.

С тех пор я с ним не разговаривала. Было больно тогда и все еще больно сейчас, но жизнь продолжается.

Спустя полгода работы, учебы и экономии я оставила Мельбурн и переехала в Перт. Мой менеджер из «Яда» убедился, что у меня уже будет работа к моему приезду. Другой штат, то же хреновое занятие. Я перевелась в университет, нашла квартиру и теперь я здесь. Я может сейчас и стриптизерша, но знаю, что все изменится. Я закончу образование, надрывая задницу, и буду гордиться тем, что добилась чего–то самостоятельно. Я стану учителем истории. Кем–то с приличной работой, занимающейся тем, что она любит. Я хочу быть этим человеком так сильно, почти до боли. Я стану таким человеком.

Смотрю в свое отражение и шумно выдыхаю. Мои длинные волосы начесаны, как пышное, белое облако, мои глаза обведены черной краской для век. Красной помадой, кровавого цвета, накрашены мои губы. Мое платье вульгарное, из черного кружева, и плотно прилегает поверх красного лифчика и стринг. Оно в большей степени похоже на нижнее белье. Каблуки настолько высокие, что, должно быть, незаконно носить их на моих ногах, потому что от них они кажутся длинною в милю. Я выгляжу не так, как на протяжении всего дня.  Этот наряд – маска. Развратная маска. Я проясняю голову, понимая, что нет смысла крутиться вокруг «а что, если». Я здесь, потому что сюда меня  привели мои решения, хоть я и не горжусь тем, чем занимаюсь, но это средство для достижения цели.

И я не хочу оставаться здесь навечно.

– Сноу, ты следующая, – Искусительница, другая танцовщица, зовет меня.

Песня Снупа «Я хочу трахнуть тебя» начинает играть. Я держусь спиной к шесту, отвернувшись от публики. Концентрируюсь на ощущениях холодного метала напротив моей кожи. Свет загорается, он приглушен, но его достаточно, чтобы легко меня разглядеть. Парочка мужиков свистит, а потом кричит, когда я начинаю раскачивать своими бедрами, медленно спускаясь вдоль шеста. Когда присаживаюсь низко, я опираюсь на свои колени, а потом разворачиваюсь, оказываясь лицом ко всем. Веселье становиться громче, и я пытаюсь отключиться от них, когда поднимаю руки и цепляюсь за шест, разводя свои бедра так широко, насколько это возможно. Потом, одним резким движением, я подтягиваю свое тело вверх и развожу ноги, таким образом, делаю шпагат. Опуская себя на пол, я сижу там несколько секунд, прежде чем подняться вверх, пока не встану. Я обхожу шест вокруг, так у мужиков появляется беспрепятственный обзор моей задницы.