– Эдакий жест отчаяния… – прокомментировал Каммлер, аккуратно прикуривая сигару от зажигалки с двумя соплами. – … Кстати также не увенчавшийся успехом, – выдохнул он вместе с клубом ароматного дыма.

– Более того, Савельев спас мне жизнь, – глухо произнес Рауде.

– Ну-ну, штурмбаннфюрер, – усмехнулся Каммлер, – не надо сантиментов. В жизни случается всякое. И знай Савельев, кто вы есть на самом деле и с какой целью прибыли в Японию, думаю, вас с большой долей вероятности постигла бы участь того японского резидента. Или – как вариант – незавидная судьба лучшего из ваших ликвидаторов.

Каммлер медленно прошелся по кабинету, словно осваивая новую, непривычную для него территорию…

Одно дело – каждый день входить в кабинет Хозяина. И совсем другое – самому стать Хозяином. Причем не только одного кабинета рейхсканцелярии, но и большего, несоизмеримо большего! Материка, подземной Империи, тайно держащей в страхе весь остальной мир. И набирающейся сил под ледяным панцирем, словно мифический дракон Нидхегг, который потихоньку гложет корни Мирового Древа Иггдрасиля и рано или поздно все равно добьется своего.

Но при этом надо, чтобы ему не мешали. В том числе и всякие ключевые фигуры, которые появляются не пойми откуда, убивают главу государства (что, откровенно говоря, не так уж и плохо) и, того и гляди, доберутся до его преемника (чего допустить нельзя ни в коем случае).

Плюс еще новая информация о том, что лагерная легенда о шайке Белых самураев не такая уж легенда на самом деле. Здорово они подставились, вытаскивая Савельева с арены. Ведь проследить путь от одного портала к другому – плевое дело для мага средней руки. Сегодня еще надо будет разобраться с офицерами, недовольными самовольным захватом власти (а такие непременно будут, но ульфхеднары хорошо знают свою работу), а после немедленно выжечь это осиное гнездо каленым железом!

Итак, план прост и ясен. Для начала справиться с внутренними проблемами. А после уже можно посмотреть, как обстоят дела с корнями Мирового Древа Иггдрасиля и не пора ли переходить к решительным действиям.

Каммлер остановился в метре от Рауде и уже привычным жестом затушил сигару о стол короля Артура.

Рауде внутренне передернуло. Более чем вековая «любовь» Каммлера к своим бывшим работодателям англичанам была известна всем – но не до такой же степени!

«Где ты, Зигфрид Граберт, вождь и учитель, который умел ценить недоступное пониманию многих? Наверно, на пути в страну Токое, если, конечно, туда берут белых мастеров нинпо».

Во время битвы Савельева с Грабертом Рауде сидел лишь на десятом ряду амфитеатра. Но он был почти уверен, что видел, как две скользящие тени: одна – похожая на человеческую, другая – громадная и бесформенная, в отблесках пламени – увлекли с собой тень погибшего фюрера. Хотя… это могло быть и игрой воображения. Учитель говорил, что до истинного видения ему еще далеко.

– Ну что ж, штурмбаннфюрер, благодарю за обстоятельный доклад. Мне нравится ваша хватка и служебное рвение, хотя от него порой попахивает безрассудством. Это именно те качества, которые мне нужны. А еще мне нужна преданность. Полная, безоговорочная, осмысленная преданность фюреру. Это именно то, чего нет и никогда не будет во всех этих гемодах и синтетических суперсолдатах…

Монотонный голос Каммлера вкупе с пронизывающим взглядом глаз цвета голубоватой стали сильно походил на работу профессионального гипнотизера.