Виктор и здесь не стал спорить. Выяснения причин столь неожиданного спасения вполне можно было оставить на потом.

Они вбежали в ангар. Девушка коротко и сильно ударила по красной кнопке на внутреннем пульте.

С потолка эдаким замедленным топором гигантской гильотины спустилась толстенная стальные плита, наглухо перегородившая вход в ангар. Одновременно включилось дополнительное освещение и где-то высоко над головой загудела принудительная вентиляция.

Ангар был довольно вместительным и представлял собой уходящую вверх высокую шахту метров эдак под триста в поперечнике, прикрытую сверху такими же мощными заслонками, как и ворота ангара. Что, впрочем, было и неудивительно. Летающая тарелка Теслова сама была около пятидесяти метров в диаметре, а подобному аппарату даже при условии вертикального взлета требуется пространство для маневра, чтобы не задеть за стены шахты.

«Тем более при условии, что управлять им будет далеко не профессионал», – отметил про себя Виктор.

И повернулся к своей спасительнице.

– Спасибо, – сказал он. – И все-таки, можно задать один вопрос?

– Что ты хочешь узнать? – спросила девушка.

На ее лице проступила заметная бледность.

Видимо, нелегко ей далось дистанционное отслеживание пути Виктора вкупе с гашением мозговой активности синоби Стихии Воды в лице Генриха Рауде.

– Почему все-таки я?

– Потому что у нас получилось, – ответила она.

– Что получилось? – недоуменно спросил Виктор и тут же понял, что сказал лишнее. Ну свойственно необремененным семьей мужикам тупить в подобной ситуации, пусть даже этот мужик не кто иной, как бессмертный синоби, возможно даже стихии Пустоты.

На него смотрели огромные глаза цвета неба – и не хотелось больше ничего на свете, лишь бы до конца своей бесконечной жизни смотреть в эти глаза.

«Получилось… У нас получилось» – эхом звенели в его голове слова прекрасной девушки.

Его девушки.

– Ну и отлично, что получилось, – неожиданно для себя сказал Виктор.

И улыбнулся.

Она слабо улыбнулась в ответ.

– Самолет двухместный? – деловито осведомился Виктор.

Она кивнула и вложила в его руку медальон Теслова.

– Значит, летим с комфортом, – сказал Виктор.

Он подошел к самолету, взбежал по приставному трапу и, быстро найдя соответствующее углубление на колпаке летающей тарелки, вложил в него медальон.

Четверть колпака плавно отъехала в сторону, открыв для обозрения внутренность нереализованной мечты уфологов всего мира.

Виктор шагнул внутрь.

– Н-да…

Внутреннее убранство дискообразного летательного аппарата как-то не вселяло уверенности в удачном побеге с нацистской базы.

Два глубоких кресла, два серебристых костюма, аккуратно сложенных на сиденьях кресел, два шлема поверх костюмов, напоминающие мотоциклетные…

И все.

Никаких приборов, никаких индикаторов, экранов, ни малейшего намека на какое-нибудь специальное оборудование. Кресла пилотов равномерно окружали голые стены стального цвета.

Девушка вошла следом.

– А это точно не курильня опиума с попсовым интерьером? – осведомился Виктор.

– Если ты об отсутствии оборудования, то это только видимость. В отличие от наших старых летательных аппаратов, в этом самолете управление осуществляется силой мысли, а все необходимые карты выводятся на внутренний экран гермошлема, – сказала она, снимая черную фуражку с серебряным черепом вместо кокарды. – А сейчас отвернись.

– Зачем? – не понял Виктор.