Ненадолго в помещении повисла тишина. Все пытались осознать услышанное.

— Вы хотите сказать, что уже прямо сейчас бойцы нашего противника должны… гадить в штаны без остановки в огромных масштабах? — На всякий случай решила уточнить Кейт.

— Э, нет красавица, слово «гадить» не подходит для описания того коричневого кошмара, что совсем скоро начнётся в лагерях этих наёмников. Они будут в прямом смысле обсираться, их задницы превратятся в действующие вулканы, извергающие дурно пахнущую субстанцию. Это моя коричневая эпопея!

— Меня одно интересует — откуда такие познания в химии? — Спросил Геннадий.

— Да я в детстве в химическом кружке состоял. Пока не выгнали после тридцатого взрыва. Тогда я понял, что наука не моё и пошёл в армию.

И вновь тишина. Лишь спустя несколько секунд Генрих сказал:

— Уже представляю реакцию его светлости на это. Думаю, он будет хохотать как безумец, после чего обязательно наградит эту парочку.

— Очень надеюсь на отпуск! — Обрадовался Виталий. — А то у меня, кажется, свадьба намечается.

— У меня тоже, — сказал Иван.

— Мне очень жалко этих наёмников, — заявила Кейт. — Проиграть таким способом…

— Лично меня пугается какая слава приклеиться к нам после такой победы…

Глава 27

— Ваша светлость, прибыл господин Тогисукава Мамору, — доложил Алексей.

— Милосердные духи-хранители, ну что опять-то? — Обречённо вздохнул я и закатил глаза. — Эта семейка уже бесит. Ладно, давай встретимся с ним.

Шесть дней прошло с той стычки с Томусаки. Естественно, уже на следующий день весь долбаный мир знал, что молодой Архимаг в одиночку одолел опытного Абсолюта. Для этого мира вообще что-то совершенно абсурдное и невозможное. В истории было всего три случая, когда Архимаг побеждал Абсолюта в одиночку. Но там вовсю использовалась хитрость, сами Архимаги уже были крайне зрелыми и матёрыми воинами, а вот Абсолюты как раз не могли похвастаться чем-то подобным. Это уже не говоря о том, что победа давалась этим магам ценой огромных усилий. Один и вовсе стал инвалидом, и даже целители с лекарями не могли ему помочь.

Дошло до того, что лично Император позвонил мне и поинтересовался моим состоянием. Такая забота со стороны Государя приятна, ничего не скажу. Но чую, что все серьёзные проблемы из-за моей победы над Томусаки ещё только впереди. Как бы после этой истории попытки моего убийства иностранцами не вышли на совершенно новый уровень.

Ещё печаль вызывает то, что я потратил уже второй призыв духов-хранителей. Теперь начинаю понимать, что не стоило тратить первый призыв ради простой демонстрации своих способностей и устрашения неприятелей. Ещё даже не грянула первая серьёзная война, а у меня остался всего один козырь в рукаве. Утешением может служить то, что мой клинок продолжает радовать своими способностями. Сейчас он является хранилищем силы Абсолюта, что может мне однажды пригодиться. Так что на пару минусов есть хотя бы один плюс и на том спасибо.

Японцы, кстати, и не заметили, что их страна была на грани полномасштабного мятежа. Когда они поняли, что происходит нечто серьёзное, мятежники были мертвы. Четверо членов Тогисукава погибли, ещё трое сдались на милость своего императора. Военных погибло не так уж и много, всё больше из тыловых частей и почётной гвардии. Хотя в итоге погибло много самураев которые перешли на сторону Томусаки. Ещё и потери среди ронинов… Короче, картина была печальной, но не катастрофической.

Зато от фракции радикалов считай ничего не осталось. Кое-кто пытался поднять волну, что мол почему именно иностранец расправился с изменником? Но Тогисукава вовремя разогнали тезис о том, что я спасал детей внуков императора и все недовольные заткнулись.