Собственно, все началось с фотографии в личном деле Сони Ильиной, которую доставили из департамента кадров, как только началась давешняя кутерьма в кабинете Подгорного. Едва взглянув на нее, Ванда подивилась удивительному сходству Сони с ныне покойной матерью Виктора, которую знала хорошо и относилась с искренней симпатией. Разумеется, это было не буквальное, точное сходство, заметное всем и каждому. Но Ванде хорошо было известно, что человечество, при всем своем великом множестве и непохожести, на самом деле со дня сотворения мира разделено Создателем или кем-то из его подручных на несопоставимо малое количество типов, которые психологи почему-то присвоили себе, обозначив как психологические. Люди каждого типа, как правило, удивительно, порой — неуловимо, порой, словно в шутку, — как две капли воды, похожи друг на друга. Их объединяет огромное количество признаков — от случайных интонаций речи и манеры потирать руки или закидывать ногу на ногу до отношения к другим типам людей и обостренности чувства собственного достоинства. Впрочем, такое же количество признаков может разделять их — от цвета кожи до роста и отношения к религии. Однако различия редко обманывают других людей, и, глядя порой на совершенно незнакомого человека, они с упорством мазохиста терзают свою память вопросом: где и когда им довелось уже встречаться? В том же, что такая встреча когда-то происходила, они уверены абсолютно. В конце концов, самые продвинутые из них или признающие теорию реинкарнации успокаиваются мыслью, что с этой персоной они имели дело в какой-нибудь из прошлых жизней, а те, кто попроще, утешают себя тем, что склероз не самый мучительный из человеческих недугов. На самом же деле ларчик открывается даже не просто, а очень просто, вернее, он и не закрывался вовсе. И совершенно незнакомый человек просто принадлежит к тому же типу, что и знакомый с детства сосед по лестничной площадке или собственный любимый родной дядюшка. По той же причине люди иногда испытывают необъяснимую симпатию к первому встречному алкоголику и совершенно немотивированную и мучительную от этого неприязнь к вполне достойному и доброжелательному коллеге.

Мужчины же, кроме того, почти всегда стремятся к женщинам, принадлежащим к тому же типу, что и их мать, и часто именно с ними у них складываются — наиболее серьезные и длительные отношения. В этом смысле Подгорный не являлся исключением, и не было ничего удивительного в том, что он сам этого сходства пока не замечал — оно относилось к категории неуловимых, и быстро обнаружить его мог только специалист. Кроме того, было еще одно соображение, которое легло в основу версии о серьезном увлечении Виктора Соней Ильиной. За годы, прошедшие после расставания с Вандой, Виктор уже должен был устать от коротких, острых и ярких связей, публичных, престижных романов и отношений на коммерческой основе, на которые наверняка рассчитывали, вступая с ним в связь, большинство женщин: от случайно снятой путаны до постоянной любовницы, мечтающей когда-нибудь стать женой. С Соней все могло и должно было, по расчетам его подсознания, стать иначе, и Виктор, который уже наверняка пресытился всем, что было, потянулся именно к такому островку искренности и постоянной готовности жертвовать собой (разумеется, в одностороннем порядке, и естественно — с ее стороны). Все это вполне могла дать ему Соня.

Вандой обнаружен был еще целый ряд симптомов, подтверждающих ее версию, уже непосредственно в поведении Виктора, но они были слишком очевидны и просты, чтобы забивать ими голову.