|
– На семнадцатой. Ну что ж, так и сделаем…
В это время в коридоре хлопнула дверь. Все насторожились. Репко сунул планчик в карман. Дверь хлопнула еще раз. – Это ветром, – сказал Илья Федорович. Репко вынул планчик из кармана. – Ну, кто же на семнадцатую идет? – спросил Порфирий. – Я, – вызвался Репко. – Да и все пойдут. – Нет, – сказал Порфирий. – Всем нельзя. За вами, деповскими, тут в четыре глаза глядят. – Во все восемь, – сказал Корнелюк. – Меня каждый день от водокачки до самой квартиры провожают. Одного лохматого я в лицо знаю. Даже здороваюсь, когда встречаемся. – Ну вот, значит, тебе идти нельзя. А другие как? – Другие? – переспросил мой отец. – Да и за другими смотрят. Тем более если деповские по путям с инструментом шататься будут. Каждый сторож поинтересуется: чего, мол, деповских по путям черти носят? Там ведь свои рабочие есть, путейские. – Так, – сказал Илья Федорович, – значит, как до дела дошло, так, выходит, и идти некому… – Да черт их дери! – крикнул сорвавшимся голосом Репко. – Пусть следят, все равно путь разберем. Я хоть сейчас готов… Да и ты, Илья Федорович, дома не усидишь. – Не торопись, – перебил его Порфирий. – Ты-то уж первый у них на заметке. Все дело только провалишь. А мы сделаем вот что. Я пойду один. Меня тут ни одна собака не знает. Это раз. Пропадать мне все одно, что на чердаке, что на путях, – это два. А вернее всего, мне к пропадать не придется. – А ежели тебя на путях кто зацепит, ты что скажешь? – спросил Корнелюк. – Инструмент покажу – вот и все. Путейский, мол, чернорабочий, из Калуги нонче приехал. – Да тебе одному разве справиться? – сказал Репко. – Ты и инструмента не донесешь. А ведь тебе и лом нужен, и ключ разводной, и кувалда, и болты с гайками. А нести все это целых семнадцать верст с горы на гору. Да и на месте помощь нужна – то отвинтить, то придержать, то ломом поддеть, то кувалдой ударить… – Товарищ Порфирий, – сказал Андрей. Все обернулись к нему. Андрей стоял вместе с нами около дверей и давно пытался что-то сказать, да его не слушали. – Товарищ Порфирий, у меня брат на путях работает… – Ну так что? – спросил Порфирий. – Так вот я ему несколько раз инструмент на линию носил… Значит, и теперь вполне свободно могу пронести. Дело знакомое. Порфирий посмотрел на Илью Федоровича. – Это верно, что у него брат путейский, – сказал Илья Федорович. – Пожалуй, он дело предлагает. – Тогда и меня возьмите, – сказал я, – мы с Андреем на линию всегда вместе ходим. – А меня и подавно, – отозвался Сенька. – У меня на пятнадцатой версте сторож знакомый. Он меня не выдаст. Я у него и ночевал, и чай пил, когда на фронт бегал. Порфирий улыбнулся – Ну что ж, так и сделаем. Я пойду вперед, а ребята за мной инструмент понесут. – Я – лом и кувалду, – сказал Андрей. – А я – разводной ключ, – сказал Васька тихонько. – Да тебя же не берут! – Как не берут? – взъерепенился Васька. – Я ведь и винтовки… – Молчи! – цыкнул на него Андрей. |
