– Добрый день, Георгий Константинович, это Ким и Вахрамеев. Вы просили вам позвонить.

– Верно. Где вы остановились?

– В комнатах госпожи Пак.

– Никогда не слышал, это в сеттльменте?

– Мы сейчас все равно не там, а в… Как называется это заведение?.. В «Звездочке».

– Даже так, – в голосе каперанга явно послышалось веселье. – А не рановато вы пустились во все тяжкие?

– Мы просто нигде не нашли телефон.

– Понятно. Оставайтесь на месте, я сейчас пришлю за вами авто.

Автомобиль на сей раз оказался открытым, но тоже с военным водителем. Удостоверившись, что молодые люди именно те, за кем его посылали, он велел подросткам садиться и нажал на акселератор, чтобы через четверть часа доставить их на летное поле.

– Я вижу, вы не теряли времени даром, – усмехнулся встречавший подростков Веселаго, внимательно ознакомившись с их новыми нарядами.

– Вам нравится?

– Очень!

– Вы случайно не знаете, зачем нас пригласили?

– Случайно знаю, но получил строжайший приказ не разглашать. Могу сказать лишь, что сюрприз будет приятным.

– Сюрприз?

– Я вам ничего не говорил!

На сей раз их провели, если можно так выразиться, на верхнюю палубу корабля, где их встретили уже знакомые офицеры и небольшой караул. Через минуту к ним присоединился и командир.

– Смирно! – подал команду Веселаго, и все вытянулись, а матросы вскинули винтовки.

– Вольно, – благодушно отозвался Матвеев, после чего подал знак идущему следом старшему офицеру.

Тот, в свою очередь, с важным видом раскрыл папку и зачитал из нее:

– «За мужество и стойкость, проявленные во время нападения на аэродром в Сокчо несовершеннолетними воспитанниками чемульпинского приюта Мартемьяном Вахрамеевым и Виктором Кимом, считаю необходимым рекомендовать этих храбрых молодых людей вашему высокопревосходительству с тем, дабы вы сумели по достоинству оценить их. В связи с тем что по малолетству означенные лица не могут быть представлены к положенным по статусу наградам, прошу вашего милостивого соизволения поощрить их памятными дипломами с описанием подвига и ценными подарками. Подписано капитаном первого ранга Императорского воздушного флота Матвеевым сего дня на борту фрегата „Варяг“. Ниже собственной рукою наместника подписано: не только дозволяю, но и настаиваю на награждении. Генерал-фельдмаршал барон Врангель. Сего дня. Пхеньян».

Закончив читать, он сложил документ обратно в папку и вручил подросткам небольшие коробочки, внутри которых лежали наручные часы с кожаными ремешками.

– Что это? – простонал никак не ожидавший ничего подобного Витька.

«Белая армия, черный барон, – хмыкнул про себя Март. – Отпад!»

– Это, молодые люди, приказ о вашем награждении и прилагающиеся к нему «ценные подарки», – пояснил улыбающийся командир, пожимая им руки. – А вот и дипломы. Не медали, конечно, коих вы вполне заслуживаете, но все же. С ними вас в любое учебное заведение империи примут с распростертыми объятиями.

– Ну кроме разве что Пажеского корпуса, – под сдержанный смех присутствующих добавил Веселаго.

– И в летное училище? – заинтересованно вскинул бровь Вахрамеев.

– Вне всяких сомнений. А уж если послужите у нас стажерами, то просто оторвут с руками и ногами.

– Заманчиво.

– Но вы не согласитесь?

– Не хочется выглядеть неблагодарной свиньей в ваших глазах, господин капитан первого ранга, но у меня есть кое-какие дела, которые следовало бы закончить.

– Да ради бога, заканчивайте, кто же вам не дает!

– Мы подумаем.