Изменить размер шрифта - +

— На первом этапе я вообще не собираюсь ничего в стране менять. Существующее законодательство без существенных трансформаций вполне позволяет навести порядок, как в федеральных делах, так и на местах. Достаточно будет максимально жестко преследовать любые проявления коррупции.
Сахно благожелательно кивнул, не прерывая генерала и всем видом показывая свое согласие.
— Постепенно поставить на ключевые позиции преданных Родине людей и только после этого начинать наводить в стране порядок.
— А что вы понимаете под этим? — тут же подхватился Александр Юрьевич. С постулатом о необходимости выдвижения на руководящие посты честных людей он был согласен без каких-либо оговорок.
— Нормальный уровень жизни населения и обороноспособность державы, — без запинки ответил Полонский.
— То есть — экономика. Как?
— Возврат всех основных полезных ресурсов государству, рациональное использование их, запрет вывоза капиталов с надлежащим контролем и еще раз реальная борьба с коррупцией. Все это поможет резко интенсифицировать предпринимательство и просто обязано вызвать рост производства и подъем экономики.
— Первый и третий пункты не проходят. После вхождения России в ВТО  в конце две тысячи тринадцатого мы намертво связаны их законами. А вы на пресс-конференции сами обещали придерживаться международных соглашений, подписанных предыдущей властью.
— Да, но наше законодательство… — генерал усмехнулся. — Оно настолько противоречиво, что просто не позволяет работать, соблюдая абсолютно все нормативные акты. Этим и воспользуемся — будем преследовать в первую очередь западных производителей на наших рынках. А новые законы с минимально возможной коррупционной емкостью будем принимать уже потом. ВТО? Понимаете, само вступление в эту организацию при существующей ситуации с экономикой и промышленностью было для нашей страны даже не ошибкой, а преступлением. Нас поманили новыми рынками, но лишили таможенной защиты от их высокотехнологичных производств. В странах с приличным правительством высокие ввозные пошлины служат для модернизации собственного производства, а у нас просто, что называется, попилили эти отнюдь не маленькие деньги. Теперь, с учетом чуть ли не семидесяти-восьмидесятипроцентной изношенности основных средств на большинстве российских заводов, конкуренции с Западом им никак не выдержать. Собственно, именно очередной этап крушения нашей промышленности мы в настоящее время и наблюдаем. Гражданское авиационное строительство уже стоит, военное… При таком мизерном количестве заказов от собственной армии… — Полонский махнул рукой, сделал паузу и добавил: — Про автомобильное производство вообще говорить не приходится. Конечно, наследство от предыдущей власти нам досталось очень тяжелое, но они там зря считают, что на России уже можно ставить крест и по их ценам качать отсюда ресурсы. Придется очень сильно напрячься, но мы справимся. Обязаны. Иначе бы и не затевали…
Короткий стук, и в кабинете появился Лазаренко. Он вежливо кивнул Сахно и устало, но с удовольствием сообщил:
— Подписали. Под объективами и в присутствии как наших, так и зарубежных журналистов. Не выдержали предъявления неоспоримых фактов своей не совсем законной деятельности. И где только ты всю эту информацию раздобыл? Включая видеоматериалы?
Генерал вопросительно взглянул на Александра Юрьевича и, увидев немедленный поощряющий кивок, указал на него:
— Знакомьтесь.
Пожимая руку полковника, совершенно не понимающего, с кем здоровается, Сахно спросил:
— Вас обоих можно поздравить?
— Да. На основе подписанных бывшими высшими руководителями страны документов военная администрация теперь является легитимной. Во всяком случае — де-юре. Власть в регионах теперь не имеет отмазок, чтобы не выполнять наши распоряжения.
Быстрый переход