Родион обернулся в угол и оцепенел. В углу, на своем троне, восседал «король». Одежда на нем истлела, сам он тоже; остался только почерневший, обветшалый скелет. Челюсть от черепа давно отвалилась и валялась на полу в зловонной, разлагающейся куче нечистот.

— Здравствуй, — сказал Родион.

— Welcome, - сказал король.

— Ну, как? Ты доволен?

Молчание.

Затем тихое-тихое, как порыв далекого ветра:

— I see…

Мимо Родиона с подносом белой, горой, студенистой массы, прошмыгнул черный жирный паук и, остановившись у трона, принялся ложкой бросать ее в скелет. Метко, туда, под верхнюю челюсть.

Родиона замутило, и он выскочил вон.

Не надо, подумал он. Не надо было сюда возвращаться. Зря.

На крыльцо выкатился паук, помялся на лапах, потоптался и, вдруг, протяжно, с икотой, позвал:

— Март-а-а!

«Бегемот» медленно повернул к нему огромную, без шеи, голову и промычал.

1971 г.