— А жирно не будет?

— Но оставлять его здесь тоже плохая затея, верно? Чего машине пропадать? Она же столько стоит! Да даже продать потом или тебе ездить! А ещё…

А ещё Пуля привёл море примеров, чем плохо оставлять машину здесь. Так много, что у меня даже голова заболела. И глядя на Бурого, который морщился, предположу, что у него тоже голова заболела от такого словесного поноса. Потому после экзекуции словами он лишь махнул рукой.

— Чёрт с вами, берите машину, только потом чтоб привезли её, а не бросили хер знает где!

— Есть! — сжал кулак Пуля.

— Да! — вскинула руки Гильза.

— Я за рулём, — вздохнув, сообщил Француз.

— Эй! Я хочу за рулём! — возмутился виновник лишних хлопот.

— На обратной дороге поедешь. Пошлите, закончим всё побыстрее.

— Погодь, — остановил нас Бурый. — Как расправитесь, позвоните, что всё сделано, и езжайте к Мачо. Я вам сразу по пути и скажу, безопасно у него уже или мы только начинаем, чтоб вы случайно не попали под огонь ни наш, ни его. Ясно?

— Я понял, — кивнул Француз.

Когда мы спускались вниз, Гильза тихо прошептала мне, будто маленький ребёнок, получающий на новый год подарок.

— Мы поедем на Rolls-Royce. Ты представляешь? Мы и на Rolls-Royce!

Она говорила так, будто подобные нам не то что мечтать не смеют, даже не имеют права о таком думать. Словно Rolls-Royce и другие машины похожего уровня были святыней, к которой прикоснуться могли только лучшие. Я думаю, что именно из-за этого суждения и появляются проблемы, когда одни сами себя принижают, а другие это поддерживают и стараются сделать так, чтоб это стало нормой.

На счастье Пули, гараж был почти не тронут. Помимо Rolls-Royce Phantom и Ferrari Portofino здесь стоял брутальный тюнингованный Hummer H1, чтоб можно было ездить с комфортом, и новенький Mercedes S-Class. Я даже не знаю, что скромнее, Mercedes или Rolls-Royce. На каком он ездит на покупки, а на каком на встречи? Хотя, судя по окнам, Mercedes-то бронированный.

— Может Mercedes возьмём? Он бронированный, как я понимаю, — кивнул я на машину. — А нам защита не помешает.

— Ты чё, никогда на мерсах не катался? — фыркнул Пуля, ходя вокруг машины своей мечты.

— А ты на многих успел поездить?

— Нет, но… боже, это просто мерс, только новый и бронированный! А вот Rolls-Royce, так ещё и Phantom, машина для элит, а не для дешёвых понторезов. Настоящая громоздкая роскошь. Мечта, а не машина…

— Ты будто влюбился, — усмехнулся Француз, подойдя к небольшому ящику, в котором висели ключи.

— В машину можно влюбиться, — мечтательно ответил тот.

— Я думала, что ты меня любишь, — как-то уныло сказала Гильза, поглядывая ревниво на машину.

— Нет, ты не обсуждаешься. Всегда будешь на первом месте, — успокоил он её. — А вот машина займёт почётное второе.

— Ладно, поехали уже, — открыл машину Француз.

Гильза тоже было потянула на себя ручку, после чего воскликнула:

— Вот идиоты! Они дверь неправильно сделали! В другую сторону открывается.

Судя по лицу Пули, я мог сказать, что в этом вопросе мы были солидарны — идиоты совсем не инженеры машины в данный момент.

— Так и должно быть, Гильза, — открыл я перед ней дверь. — Она создана, чтоб ездить на заднем сидении, а не на переднем.