|
Я тогда едва не получил пулю, меня сильно избили, из-за чего я несколько дней пролежал в больнице. Удивительно, да? Там, в Нижнем городе, есть городская больница и даже церковь, словно насмешка над нами. Ну, моя сестра и осталась одна на время. И пока меня не было, её ограбили и изнасиловали, когда она возвращалась из ближайшего магазина. Ей же уход тоже нужен, провожать надо везде. Я занимался этим, пока не угодил в больницу, но у меня предки ебаные алкаши, им похуй было, пусть хоть дочь по кругу гоняют по сто раз на день. Произошло совсем рядом с домом, а, блять, всё равно суки не успокоились. Пиздец как забавно издеваться над слепой, наверное, — Малу начал набирать обороты. — Да, заебись издеваться над слепой девчонкой. Будь я там, они бы одной пулей не отделались. Каждую суку, которая была причастна к этому…
Он с силой пнул стол, который с грохотом перевернулся аж на столешницу. Замолк на несколько минут. И когда я уже думал, что продолжения не будет, он вновь начал говорить.
— До сих пор с ужасом вспоминаю, когда вернулся домой и увидел её. Тень самой себя. Мне этот пиздец, её заплаканное лицо, полное стыда, в кошмарах снится. Это пиздец… Мы же были нахуй никому не нужны, по сути. Так… получилось… Не всегда и не всем везёт в этой жизни. А родители-алкаши — иногда как штамп в личном деле, что ты другой. Знаешь, как к этим… как их там, заражённые…
— К прокажённым, — подсказал я. Пока он это всё рассказывал, я стал понимать, откуда была такая реакция на те фото. Нет, там и меня шокировало, конечно, но вот у Малу вообще был приступ ярости.
— Да, верно, к прокажённым, — продолжил он. — Ну хули, кто нас защитит? Государство? Да оно клало на нас, это государство. На нас деньги зарубать заебись, но уж точно не помогать. Мы жили с предками, пока до меня бухая мать не стала домогаться. После этого сразу сбежал с сестрой. Приютился в хате к одной доброй женщине. Не все в том городе выродки, есть много хороших людей, просто на фоне дерьма теряются. Я пошёл работать туда, где было проще всего — естественно, криминал. В другие места не брали, типа ребёнок и так далее. А сестра… там у неё психика по пизде пошла. После того случая… я не мог успокоить её. Она загонялась очень сильно, молчала, не проявляла реакции ни на что. Уже думал, что сестре снесло крышу — в школу не ходила, тупо сидела, не двигаясь. Она в восьмом была тогда.
И тогда я понял, что надо линять оттуда. В Нижнем городе хорошо, когда ты здоровый или когда один. Но не со слепой сестрой, о которой никто не позаботится. Город неплохой, конечно, но блять, если попадаешь, то попадаешь. Да и безопасным его не назовёшь. Ну и вот переехал в Ханкск. К тому же, надеялся, что этот переезд поможет сестре, но нихуя не помогло. Не знал, чо делать, потому устроился к Стреле. Показал ему, что я правильный пацан, не соскочу и не съеду. Он мне и помог с хатой на время, пока сам снимать не смогу. На работе встретил Сирень. И у неё сеструха была мелкая уже тогда. Не знаю, пересеклись просто на одном деле. Пиздили там кое-что со склада. Ну она однажды и в гости заглянула к нам… ты, как я понял, знаешь, кто такая Сирень?
— Оборотень.
— Ну типа да. Ну вот, пришла, а там ты сам понимаешь, девка с ушами и хвостом. Там не то что я в ахуе был, сестра оживилась. А ещё и мелкая была с ней, младшая. Ту моя сестра вообще обожала тискать. Хули, чудо же, верно говорю?
— Да, — кивнул я.
— Вот, чудо. Ну у моей сестры вроде как и отошло. Оживилась. А тут девятый класс, она идёт в новую школу и потом чот счастливой становится. Я всё всосать не мог, перемена в обстановке, чо ли, так влияет, или чо. А потом вижу её с хмырём одним. Я такой подхожу поговорить, слово за слово и… Мы почти подрались, короче, но в нас сестра из газового балончика пшыкнула, который ей Али и подарил. |